14 ночей с монстром

— Нет! Нет! — дрожащими руками хранительница принялась отталкивать от себя дрейга, не сводя при этом с меня полных слез глаз. — Риг!

В холле появилось новое действующее лицо — дрейг, старше Элгара, с глазами цвета стального неба. Выскочив из соседней двери, он сразу же бросился к женщине:

— Микелла? В чем дело? Тебе плохо?

— Она… она. Это она, я знаю.

Теперь пришла очередь мужчины застывать, взглянув на меня.

— Не может быть.

— Что здесь происходит? — нервно выкрикнула я. — Объясните же наконец, что здесь происходит!

— Ты жива… я чувствовала, что ты жива, — заливаясь слезами, хранительница сделал пару шагов в мою сторону, протянула руку, словно хотела коснуться, но так и не смогла.

— Элгар?! — взвизгнула я. — Что все это значит?

— Прошу тебя, успокойся, — передав женщину ее мужу, Форр мгновенно оказался рядом, бережно обнимая. — Мы во всем разберемся.

— В чем? В чем мы должны разбираться?

— Успокойся. Позволь представить тебя. Это София Трэкот, моя тайрифи.

— Что? — слишком громко переспросила я, чуть отодвигаясь в сторону, и рассмеялась. Так же громко, фальшиво и неискренне. — О, нет! Нет-нет, вы ошибаетесь. Я дочь Фила Трэкота. Того самого Фила Трэкота.

Никогда не думала, что когда-нибудь буду прикрываться именем своего отца. Гордо его выпячивать и радоваться этому родству. Но сейчас именно так все и происходило.

Вот только взгляды, обращенные на меня хранительницей и ее супругом, нисколько не изменились. Ни шока, ни отвращения. Надежда."

"Именно она испугала меня больше всего.

— Знаете, что? — широко улыбнулась я, да так, что губы заболели. — Было очень приятно с вами познакомиться, но я думаю, мне лучше уйти. Прямо сейчас.

И опять попятилась в сторону двери.

— София.

Это Элгар.

Мужчина сделал шаг ко мне, и я быстро замотала головой из стороны в сторону, выставляя руки вперед, словно хотела отгородиться.

— Нет, — прошептала едва слышно и взмолилась. — Не заставляй меня это делать! Я не хочу!

Он снова рядом. Обнимает. Нет, стискивает в объятьях, так сильно, что я не могла не то, что вырваться, даже дышать было сложно. Держал, целуя куда-то в висок и бормотал едва слышно, только для меня:

— Я могу отпустить тебя, София. Могу дать уйти. Даже провожу и никогда не позволю Микелле встретиться с тобой. Я могу это сделать.