1972. Миссия

Может у нас с тобой еще что-то и получится, Америка? Может и задружимся? Мне бы очень этого хотелось. Я вообще человек не злой, и не люблю воевать. И это притом, что практически всю свою сознательную жизнь только и делаю, что воюю.

«Мальчик, налей мне водочки, мы домой летим!» – чеканная фраза. Можно сказать – афоризм. Водку я не люблю, но сейчас ей-ей взял бы, да и хлебнул хороший глоток.

Самолет повыл движками, притих, снова завыл и двинулся вперед. Встал, постоял на месте минуты три, движки завыли, завыли, завыли… рывок! Удары по стыкам плит! Нас вжимает в металл багажника!

Оп! Краткое чувство невесомости, и снова тяжесть, навалившая на мое тело.

– Эй, узники! Пора на волю! – стук по крышке багажника, и в глаза бьет кажущийся таким ярким свет фонарей чрева самолета.

Ну, здравствуй, Родина! Блудный сын возвращается к тебе! Пафосно, но ведь, правда…