52 Гц

Из синей пустоты медленно вплыл в фокус кит. Приблизился, неспешный и величавый — и, будто в фигуре старинного танца, вильнул в сторону. Питера в черном гидрокостюме было почти не видно. Майкл разочарованно выдохнул. В его памяти этот эпизод был куда насыщеннее. Здесь, на экране, он совершенно не впечатлял. Не то. Все не то.

— Потрясающе!.. — вдохновенно выдохнул Арджун. — Отлично! Майкл, это великолепно!

— Что? — уныло отозвался тот. — Нет, это не то.

— Поверь мне, — убежденно сказал тот. — Ты сделал все так, как надо.

— Там же темно, ничего не видно…

— Вытянем, — уверенно сказал тот, разминая пальцы. — Все получится! Мы почти готовы.

— Ладно, — без энтузиазма сказал Майкл.

Глянул опять в Инстаграм.

Там было пусто. Как и всегда. Ни знака, ни звука.

Из дома, где они жили одной огромной семьей, начали разъезжаться люди. Сара и Томми вернулись в Лондон, без них и малышки Гагаты стало намного тише. Питер улетел в Нью-Йорк, Бран и Дакота уехали вскоре после него. Высоко над заливом проплывали в бездонной тиши самолеты, уносящие в разные концы мира любимых людей.

Майкл остался до конца лета — жить здесь, в окружении высоких сосен, на берегу сумрачного залива. Монтировать фильм.

Чтобы успеть хотя бы на пару осенних фестивалей, работать нужно было быстро — и они с Арджуном сидели за монтажом по двенадцать часов. Иногда Арджун вскакивал среди ночи, вдохновленный новой идеей, будил Майкла и торопливо пересказывал, что вдруг понял, как сделать лучше — и они садились и делали лучше. Поначалу Майкл не видел большой разницы между «как было» и «лучше», но чем дольше смотрел, тем яснее видел, что Арджун прав.

Тот выбирал не самые яркие, не самые очевидные дубли, не те, что Майкл считал удачными. Но они сливались в историю. Начав с яркого солнечного быта первых дней, картинка плавно уходила в приглушенные, мягкие, пыльные тона, будто герой пересекал черту между мирами.

Майкл проникался этим странным, интуитивным языком. Он чувствовал себя как человек, который начал учить древние иероглифы. Составлял из отрезков дублей кривые фразы, не зная ни логики, ни законов.

Учился выражаться яснее. Четче. Короче. Работа была трудной — но писать сценарий было труднее. Сценарий создавался из ничего, из белой пустоты на листе. Здесь — здесь у него были гигабайты видео, и задача была лишь в том, чтобы найти правильные секунды и поставить их друг за другом в нужной последовательности.

— Вот здесь, пиши, мне нравится эта динамика, — говорил Арджун, и Майкл хватался за ручку.