Может, это наказание мне? Да-да, может, это мне наказание за то, что за две минувших недели я так и не нашла в себе сил познакомиться с… этой женщиной? Что я до последнего как будто бы вообще отвергала сложившуюся ситуацию? Давая себе время осмыслить, привыкнуть, адаптироваться… А время просто напомнило, что у всего есть начало, и есть конец?
Только бы все было хорошо! Только бы с ними все хорошо было… Господи, пожалуйста. Я в церковь приду. Я их покрещу обязательно!
— Ты как-нибудь их назвал?! — вскинулась я.
— Что? — моргнул Шведов.
— Ты придумал им имена?!
— Нет, — растерялся он. — Думал, мы вместе. Потом… Прости, — извинился зачем-то. Я трясущимися руками достала телефон.
— Какое сегодня число?
— Третье. Третье февраля. А что?
— Вот, — ткнула пальцем в святцы, открытые на экране. — Агния, Анастасий, Евгений, Иван, Максим, Валериан…
— Валериан? — скривился Шведов. — Может, ну их, эти святцы, Вер? Что это за имена?!
— Говорят, если назвать по святцам, у ребенка будет сильный ангел-хранитель.
Откуда в моей голове всплыла эта информация? Не представляю.
Может, слышала от других мамашек, когда лежала на сохранении? Там о чем только не болтали.
— Ну, Агния — вроде нормальное имя, — откашлялся Семен. — И Жека норм. Или Макс…
— Агния и Евгений созвучней.
— Тогда пусть так.
Я кивнула — да, пусть. Обхватила голову руками и закачалась из стороны в сторону, как безумная.
— Приехали.
Торопливо зашагали к регистратуре, куда-то поднялись…
— Посиди тут. Я все узнаю, и сразу к тебе, лады?
Ответить я не успела — Шведов скрылся за дверями, которые можно было открыть в обе стороны, как в салунах, показанных в американских вестернах.
Я ухмыльнулась — видно, нервы сдавали. Села на стульчик, зажав сложенные лодочкой руки коленями, а затылком откинулась на прохладную стену. Это было сложно — осознать, что прямо сейчас я становлюсь мамой. И очень-очень страшно. Ведь было еще так рано…
Кажется, я опять начала молиться, когда из бокса вынырнул Шведов.
— Ну что?
— Все нормально, — кивнул он.
— Женька — аж кило пятьсот. Агния — кило двести. Врач сказал, что их не пришлось подключать к аппаратам. Они даже задышали сами.
Я заплакала, конечно. Разревелась в голос. Как он только расслышал:
— Я же могу их увидеть? М-могу?
И тут Семен с кем-то за моей спиной переглянулся и как будто напрягся даже.
— Конечно. Вместе сходим. Я только еще кое-куда отойду, ты меня тут подожди.
И он умчался, о чем-то зло переговариваясь с увязавшимся за ним следом врачом.
