— Не знаю, в курсе ли ты, но Мишка ведь тоже рожден в результате ЭКО, — Вера произнесла «тоже» и осеклась, изменившись в лице, когда осознала, что это слово было бы корректно вставить, только если бы наши попытки забеременеть окончились аналогичным результатом. — В общем, недавно они совершенно случайно узнали, что при процедуре произошла ошибка.
— И? — напрягся я.
— Биологически Юра Мишке действительно не отец. Никто не виноват. Ну, кроме лаборантки, но можешь представить, в каком они сейчас состоянии, а тут еще Славка со своими дебильными шуточками.
Я молчал, расчёсывая Верины волосы пальцами, а у самого в голове такое происходило… Это что же за лаборатория, в которой возможны подобного рода ошибки? А что если наши эмбрионы…
— Шведов!
— М-м-м?
— Ты ведь не думаешь, что… Нет? Не вздумай! И бизнес Пятса не трогай.
— Значит, это в его медицинском центре произошло? М-м-м… — протянул я, будто это не я прямо сейчас планировал, как буду эти поганые центры уничтожать, если не дай бог…
— Семен! — Вера задеревенела в моих руках.
С силой оттолкнувшись ладошками от моих плеч, отстранилась. Заглянула в глаза и упрямо поджала губы. — Послушай, это был единичный сбой. Они уже провели внутреннее расследование. Нас это никак не коснулось!
— А если…
— Нет! — крикнула Вера, вскакивая. — Да и какая разница?! Я все равно уже не рожу. Никого не рожу. Ни твоего ребенка, ни чужого. Прекращай параноить. Ты же людям жить не даешь! Зачем я вообще тебе рассказала об этом?! О боже…
Веру опять затрясло.
Я встал, чтобы ее успокоить.
— Вер…
— Пообещай мне, что ты ничего не станешь делать. Пообещай, Семен!
Пожалуй, Вера знала меня как никто. И поэтому понимала, что в случае чего я камня на камне от медицинских центров Пятса не оставлю. В рамках моих полномочий кто мне помешает возбудить дело… Ну, не знаю. Скажем, о международной торговле донорскими органами? Да никто. Понимая это, Вера и дергалась. Ее пугала власть, которой я обладал. Она ненавидела меня за невозможность ей хоть что-нибудь противопоставить.
И все так же считала своим долгом защищать от меня убогих. Но как бы я ни был счастлив осознавать, что не сломал ее до конца, что она все та же добрая хорошая девочка, спустить эту ситуацию на тормозах я не мог.
— Как скажешь, — соврал я, не моргнув глазом. Вера заметалась по моему лицу взглядом, выискивая признаки лжи, но не найдя, к чему бы придраться, чуток расслабилась."
"— Спасибо.
