Я потом всю ночь вертелась в постели в бреду, а он? Он… как с этим справлялся?
— Вера! Вер? Ты меня слышишь?
— Прости, — пробормотала я, возвращаясь в реальность. — Кое-что вспомнилось."
"Оглянулась. Наклонилась осторожно, чтобы подхватить сумку. За время, что я лежала в больнице, у меня здесь скопилось приличное количество барахла.
— Ну, ты что, совсем, Вер? Тебе же нельзя таскать тяжести.
Я растерянно уставилась на сумку. И правда, какой-то дурацкий порыв. Семен и раньше не позволял поднимать тяжелое. Я даже в продуктовый ходила исключительно с ним, чтобы не дай бог не перетрудиться.
Психовала страшно, отстаивала свою самостоятельность, начитавшись всякой феминистической чуши. А теперь даже какое-никакое облегчение испытала, что хоть за это мне больше не придется бороться. У меня, так сказать, медотвод.
Дом встречал меня ароматами какой-то химии.
— Вызывал клининг, а то я тут все подзапустил, пока тебя не было, — пояснил Шведов, хотя я ничего у него и не спрашивала.
— Ясно.
— С минуты на минуту привезут ужин.
Как таковой диеты у тебя нет. Исключили жареное и острое, так что…
«Аха. Теперь еще и мое питание будет контролироваться», — подумала я, а потом поймала себя на том, что мне, в общем-то, похер. Апатия, которую чуток разбавила радость от возвращения домой, возвращалась. Свое черное дело делала менопауза. Такие перепады настроения раньше мне были совершенно несвойственны. Что ж, наверное, надо радоваться, по крайней мере, отсутствию приливов и бессонницы. Хотя с бессонницей вопрос тоже спорный.
Богатырским сном я спала под лекарствами, а дома неизвестно как будет.
— Пойду в душ.
— А разве тебе можно мочить…
— Места проколов уже зажили, Семен.
На самом деле я просто хотела уединиться. Плотно прикрыв дверь ванной, достала из кармана телефон.
«Не переживайте, Никита. Я просмотрела ваши правки в дипломную работу и буду готова их обсудить в понедельник».
Стоило отправить сообщение, как по ногам потянуло. Я застыла разве что на долю секунды и, тут же взяв себя в руки, отложила телефон.
А потом принялась раздеваться, сделав вид, что не почувствовала присутствия мужа. Обернулась, лишь когда в поле зрения попала его рука. Загорелая, с коротко остриженными ногтями и выступающими венами. Вздернув бровь, Семен сгреб мой телефон.
— В целях безопасности вряд ли стоит брать его с собой в ванную.
Сердце подпрыгнуло и заколотилось где-то в горле. В ушах загрохотало.
— Он был в кармане, — делано-равнодушно пожала плечами я.
