Никогда не встречал такой, как ты. Вот и подумал…
— Обязательно встретишь. В сто раз лучше меня встретишь. Ту, что тебе ответит.
— Да ладно, — махнул он рукой, сделав вид, что все у него хорошо. — “Динамо” — не мой любимый клуб. Пойду отвяжу лошадей.
Он развернулся и направился к коням, но внезапно услышал за спиной ее беспомощный стон:
— Ай!
Обернувшись, Фархат увидел, что Джамиля согнулась пополам и схватилась за живот.
— Что такое? Где болит? — подлетел он к ней.
— Ой, очень болит. Резко, — выдохнула она. — Уф, такая острая боль, как будто иглой проткнули.
— Надо срочно возвращаться.
— Ай! — вскрикнула Джамиля и сильно сжала пальцами его руку. — Кажется, мне надо в больницу.
Глава 34. Больница
Валиев гнал по городу, как сумасшедший, пока Джамиля полулежала на заднем сиденье, корчась от боли, но стараясь не показывать, насколько ей плохо. Хотелось громко стонать, кричать, плакать, но она держалась, потому что на Фархате и так лица не было. В первые минуты он не растерялся, а сразу же позвонил кому-то в КСК и через десять минут один из инструкторов приехал за ними на машине шефа.
Вдвоем они положили Джамили, а Фархат сел за руль и втопил так, что под колесами чуть не заискрило.
— Потерпи, моя хорошая. Сейчас приедем!
— Фархат, спасибо тебе, — еле дыша, промычала Джамиля. Положив холодную ладонь на лоб, она поняла, что вся вспотела. В правом боку болело так сильно, что она уже не помнила себя. Ее бросало в жар, тошнило и скручивало. До Джамили долетали обрывки фраз, которые бросал Фархат.
Она подумала, что он говорит с ней, но на самом деле с кем-то другим по телефону.
— Да, резкая боль в правом боку… Я сам везу… Номер машины… Да-да, сейчас… Спасибо, брат… Я твой должник.
Бросив телефон в ячейку между сиденьями, Фархат обернулся и посмотрел на Джамилю. Она стала белой, как бумага, но все еще пребывала в сознании. Фархат с облегчением выдохнул и сказал:
— Мой знакомый заместитель главврача в больнице. Они тебя сразу примут.
— Спасибо, — слабо прошептала она.
— Да брось ты меня постоянно благодарить.
Продержись еще минут десять. Скоро будем там.
— Хорошо… хорошо.
Джамиля закрыла глаза и на несколько минут провалилась в темную, тесную нору. Сквозь звон в ушах она услышала вой сирены, чужие голоса и почувствовала на себе чьи-то руки. Разлепив веки, Джамиля мельком увидела Фархата и сиплым, тонким голосом проговорила:
— В сумке телефон. Позвони дочке."
"Затем ее сразу же увезли на каталке санитары, а Фархат остался во дворе клиники.
