А потом я проснусь

Точеные ключицы, красивая грудь, плоский, подрагивающий от частого дыхания живот и стройные ноги. Кожа смуглая, ровная. Фигура не имеет ничего общего с модельной, но от этого только выигрывает. В ней есть самобытная сексуальность.

— Чего застыл? — севшим голосом произносит она, ерзая бедрами по одеялу. Видно, что волнуется. — К делу перейти не хочешь?

— Ты куда-то торопишься? — Язвить больше не получается, поэтому голос звучит тихо. — Нельзя на тебя посмотреть?

— Я начинаю стесняться, — говорит она с запинкой и в подтверждение своих слов наполовину прикрывает грудь.

Это как раз то, что меня в ней обезоруживает: простая честность, порой направленная против ее самой. Бьет в самое сердце, отчего я сильнее размякаю. Да, как тряпка.

— Глупости говоришь. Ты очень красивая. Я поэтому к тебе не иду. Хочу полюбоваться.

Вздохнув так глубоко, что проступают ребра, Ярослава убирает пальцы с сосков и смотрит мне в глаза. Уязвимо как-то, доверчиво.

Черт знает, что со мной происходит. То ли я к тридцати каким-то сентиментальным стал, то ли это все она.

Чтобы не стоять истуканом, я снова берусь за пояс джинсов, но потом вспоминаю о важной детали и иду к комоду.

— Что ты ищешь? — обеспокоено звучит сзади.

— Презерватив, — поясняю я и, нащупав в верхнем ящике серебристый прямоугольник, возвращаюсь к кровати.

— Столько приготовлений… — ворчит Ярослава. — У меня уже весь настрой сошел.

Усмехнувшись, я скидываю джинсы вместе с боксерами и, рывком избавившись от рубашки, ложусь на нее. В паху остро сводит. Ее тело горячее, упругое и сладко пахнет."

"Коснувшись ее подбородка губами, я проталкиваю между нами руку и трогаю ее через стринги. Ярослава как по команде дергается и стонет. Я же машинально прикрываю глаза, потому что, кажется, чувствую на пальцах ее влагу. Надавливаю сильнее, заталкивая в нее тонкую ткань, и нахожу ее рот. Она не остается в долгу и, обняв мою шею, страстно целует в ответ.

— У меня стоит просто охренеть как, — признаюсь я и, сжав в кулаке ноющий член, ощупываю кровать в поисках презерватива.

— Очень больно будет, не знаешь? — шепотом спрашивает она и, приподнявшись на локтях, смотрит, как раскатываю латекс.