А теперь держи меня

Втягиваю в себя воздух, загоняя обратно слёзы, но губы начинают предательски дрожать, и мне приходится плотно сжать их, чтобы не разреветься. Ещё рано, нельзя, не сейчас.

— Я тоже тебя люблю, — шёпот — единственное, на что я способна.

Но Штормов улыбается, и я понимаю, что этого достаточно. Парень убирает прядь моих волос за ухо и осторожно гладит щёку, словно смахивая ещё не вырвавшиеся на свободу слёзы. Под ложечкой сосёт, горло сдавливает, но я всеми силами сдерживаю себя.

— Поторопитесь, голубки, — громкий голос Маши заставляет нас вернуться в реальность.

Егор усмехается, перебрасывает руку через моё плечо и прижимает к себе. Я обнимаю его за талию, и мы направляемся к остальным.

— Это конец, — с облегчением в голосе повторяет Штормов, когда мы подходим к дверям здания.

Впервые за долгое время я улыбаюсь.

— Да, это конец, — говорю скорее себе, чем кому-то из присутствующих.

Таран осматривает нас, будто бы молча спрашивая, готовы ли мы к этому. Маша стоит рядом, смотря куда-то под ноги.

В её руке пистолет, и сестра, видимо, не собирается убирать его. Матвей чуть в стороне, нервно кусает губы, осматриваясь.

Вот и всё. Мы здесь, все живы и здоровы. Осталось подождать ещё немного, пока всё это не закончится. А там как-нибудь разберёмся.

Андрей открывает дверь и первым заходит внутрь, и мы следуем за ним, оказываясь в огромном помещении, заставленном стеллажами с коробками, уходящими к потолку. Здесь настоящий лабиринт, и запросто можно потеряться, если не держаться вместе.

Сбоку лестница, ведущая на второй ярус, крыша над нами стеклянная, и утреннее солнце пробивается сквозь неё, пытаясь добраться до самых потаённых уголков здания.

Мы двигаемся вслед за Андреем между стеллажами, нависающими над нами, словно игрушечные макеты зданий, и наши шаги эхом разлетаются по помещению. Крепко держу Егора за руку — мы идём в самом конце, и каждый раз я одёргиваю себя, чтобы не обернуться и не проверить, нет ли сзади нас врагов.

За следующим поворотом Маша резко останавливается и вскидывает руку, целясь в кого-то.

Я резко замираю, словно бы налетев на невидимую стену, — Андрей же спокойно опускает ладонь на запястье сестры и заставляет девушку опустить пистолет. Парень улыбается кому-то, и я облегчённо вздыхаю.

Таран не соврал: Рома и Крис уже здесь, а вместе с ними шестеро вооружённых мужчин. Троим из них за сорок, остальным не больше тридцати. У каждого из них автоматы и пистолеты на поясе в кобуре.