А теперь держи меня

Чёрное небо, окутанное звёздами, постепенно становится грязно-серым, и бледное солнце медленно поднимается из-за верхушек деревьев, чтобы подарить жизнь новому дню.

Я так и не смыкаю глаз. Лишь Маша умудряется задремать на пару часов, да Егор ненадолго проваливается в сон.

Осталось совсем немного. Добраться до Москвы, встретиться с друзьями Андрея и тогда можно будет вздохнуть с облегчением. Трудный путь, который мы преодолели, наконец, скоро закончится.

Телефонный звонок заставляет меня вздрогнуть — Егор просыпается, сонно осматриваясь по сторонам, чуть расслабляет объятия и садится ровно.

— Да, — Андрей берёт трубку.

Я слышу тихие голоса, вырывающиеся из мобильника, но не могу разобрать их. Сердце почему-то пропускает удар, тревога усиливается.

— Хорошо, понял. Оставайтесь там.

Отключается. Несколько секунд медлит.

— Рома с Крис уже приехали, — тихо комментирует Таран. — Они в безопасности с моими друзьями, так что едем сразу к ним. Как только доберёмся до нужного места, всё закончится.

— Надеюсь, — тихо, но грубо тянет Егор. — Ты уверен, что им можно доверять?

— На все сто, — Таран смотрит на нас в зеркало заднего вида. — Они помогут нам залечь на дно, пока всё это не уляжется.

— Это никогда не уляжется, — замечает Маша, впервые за долгое время подавая голос. — Пока Арчи жив, он не отстанет от нас.

Она права. Пока эти люди дышат, они продолжат искать нас. Арчибальд, Антон, Малийский, все остальные. Нам постоянно придётся оглядываться, быть на чеку, ждать подвоха.

Крепкая рука Егора осторожно поглаживает меня по спине, словно успокаивая, и я расслабляюсь. Нельзя думать о плохом. Если постоянно ожидать неприятностей, то они обязательно появятся подобно незваным гостям.

Матвей дёргает рукой, пристёгнутой наручниками, и пытается сесть удобнее. Наверное, тяжело столько времени находиться в одной позе, да ещё и с металлом на запястье. И откуда вообще у Тарана взялись эти оковы?

— Всё будет хорошо, — шепчет мне на ухо Егор, и я невольно улыбаюсь.

Лишь киваю, сдерживая подступающие слёзы облегчения. Комок застревает в горле, дышать становится тяжелее, но я собираю все силы, чтобы не расплакаться. Как давно я ждала этих слов? Как сильно хотела услышать их именно от Шторма.

Но пока рано расслабляться. Остался последний рывок до финишной черты, и нам нужно собрать все силы, чтобы преодолеть её.