Адюльтер. История одной измены

Щелкает пряжкой ремня, поднимая дрожащие руки вверх, фиксируя их петлей и царапая спину, подтягивает к ножке дивана, закрепляя конечным узлом. Птичка в клетке. Отворачиваюсь, пытаясь избежать этого взгляда. Не прошу, не умоляю, лишь вздрагивая от кричащей истерики в глубине, сорвав дыхание на обрывки всхлипов, но не способная произнести и звука. Страшно. Чудовищно страшно. За то, что это может длиться часами, болью пульсируя в висках. Отлетающие в стороны пуговицы, лязг молнии брюк. Боль вдавливает в мельчайшие шероховатости плитки, расстилаясь по телу, снимая слой за слоем оголенную кожу.

Показывая истинное лицо. Пальцами сжимает подбородок. Приподнимая саднящие губы, впивается болезненным, жестким поцелуем, пронзая криком в самое сердце, отдаваясь водопадом слез по испачканным щекам.Резко входит, провоцируя очередной тихий, сдавленный, жалостный всхлип, вдоволь разгоняя ритм, обжигая огнем не готовую плоть.

Отрешаюсь от действительности, пытаясь сосчитать до десяти. Сквозь разбег тысячи импульсов, заставляющих включить инстинкты, противостоять, попытаться… Закрываю глаза, считаю до десяти… Чувствуя пульсацию, отдающуюся в затылке с каждым новым толчком.

Боль, застилавшую глаза темнотой. Держащую на тонкой ниточке связь с сознанием… пять… шесть…

семь… Теряю себя, уступая сильнейшему чувству. Проваливаюсь в небытие, в последний миг, кажется, улыбнувшись закончившейся пытке. Я думаю, он даже не понял, что произошло, решив, что я лишь до конца смирилась с действительностью. Застилающий глаза алкоголь включил режим автопилота, вот только курс задался как-то неверно.

Отвязав мои руки и похлопав по щекам, повалился на рядом стоящий диван, на котором так и спит, сладко посапывая, в окружении битого стекла на полу, разорванных тканей, пролитых слез, смешанных с запахом испаряющегося алкоголя и капель крови. Я поднялась, накинув испачканную рубашку, без пуговиц, запахнув её, словно кимоно, и на не держащих ногах пошла на балкон. Распускаю волосы и любуюсь сакрально сохранившейся, сверкающей картой. Цела и невредима… в отличие от хозяйки. И вот начался дождь, нарастающий, переходящий в тропический ливень, который может длиться лишь пару минут или весь день, затапливая улицы, машины, очищая всё на своем пути. Смывая пыль и грязь.

Даря после себя посвежевшую листву, яркие цветы и солнечную радугу, приносящую новые надежды. Направляюсь в душ, по пути пряча карту. Иду смыть с себя, словно ливень, всю налипшую грязь. Успокоить раны, привести себя в какой-то порядок.