Адюльтер. История одной измены

И отправиться на восемь этажей ниже, получить то, за что заранее расплатилась этой ночью, так ещё и не распознав, стоит ли оно настолько высокой цены или нет.

Стою под тропическим душем. Толстыми струями воды смывая мысли, сошедшие селью с вершины горы. Потоком грязи, вырывающим с корнем всё на своём пути. Расщепляющим преграды, уносящим вниз скопившийся мусор. Очищающим от лишних эмоций. Оставляющим напоминание о себе лишь на решетке канализационного стока. Как же несовершенно устроен человеческий разум! Почему в таком сложнейшем устройстве разработчиком не прописана хотя бы кнопка паузы? Захотел – выключил гнетущие мысли.

Перемотал вперед или удалил исконный файл с жесткого диска подсознания.

Так нет же… Зато повтор создан великолепно! Картинки, мелькающие перед глазами, словно в замедленной съемке, кадр за кадром. Совмещая в единую структуру ощущения, запахи, звуки. И главное в нём то, что повтор может воспроизводиться сам по себе, вне желания хранителя. Одна неловкая фраза, аккорд знакомой песни, навевающей воспоминания, и вот ты уже окружен водоворотом графических картинок, сменяющих друг друга, разрывающих душу на части.

Сидишь, скрестив лапки, напевая мотив о трагически закончившейся любви. И не важно, что песня дерьмо. Ведь чем-то она зацепила! Воспроизвела в памяти фрагменты, которые не вернуть, боль, которую хочется вычеркнуть навсегда. Вытираюсь белым мягким махровым полотенцем, критически осматривая себя в зеркало.

Отметины на бедрах приобрели фиолетовый оттенок. На фоне отливающей бронзой кожи, выглядят вызывающе броско. Несколько глубоких царапин на спине, окутанных паутинкой из более мелких. Кроваво—красный изящный узор, трепетно сотканный филигранным мастером. Шевелю плечами, морщась, испытывая приступ надвигающейся паники от простреливающей под ребрами боли. Аккуратно нащупываю на затылке приличную шишку, от единого касания к которой темнеет в глазах, пронзает в самую глубь, подгибая колени и сжимая со скрежетом челюсть. Рассматриваю бледные, припухшие, синеватые губы с бордовыми ссадинами, ярко выделяющимися на бледном лице. Слегка посветлевшие браслеты, окольцовывающие запястья рук.

Бережно кутаясь в полотенце, прячу ключ в промежуток между стеной и унитазом. Стараясь не шуметь, приоткрываю дверь и вхожу в студию. С порога ловлю на себе тяжелый взгляд мужа, стоящего напротив, возле раковины, всего в пяти метрах от меня.