Адюльтер. История одной измены

Тишина, и лишь маленьких крабы бегают по бесцветному песку, едва шурша клешнями, обозначая своё присутствие рядом. Вроде как ты тут не одна и не надо корчиться от сводящего сердце одиночества.

Ухожу в спальню, закрываю дверь. Не включая свет, долго лежу, кутаясь в плед. Не нахожу удобного места на огромной кровати. Спрятанная балдахином от пробивающегося из окна света луны, ворочаясь, нервничая лишь сильнее от неспособности уснуть. Усталая. Изможденная. Дрожащая изнутри. Не стоило всё—таки долго лежать на палящем солнце.

Крем может и спас, но до конца не помог. Мучаюсь, изнемогая ещё в течение часа, так и не найдя обещанного мужем удобства в широкой и красивой кровати.

Брошенная, словно невеста в своем красивом убранстве в день свадьбы, нелюбящим женихом. Завернувшись в плед, ступаю босыми ногами по прохладному полу, чувствуя отголосок холода, пронизывающий насквозь. Дрожу, пытаясь совладать с собственными эмоциями, побороть нерешительность, усмирить самолюбие, гонящее в неприглядную, одинокую постель.

Отодвигаю дверь, слыша легкий скрип колесиков по полозьям. Звук тихо работающего телевизора, транслирующего незнакомый фильм…

– Не спится? – спрашивает с мягкой улыбкой.

Дрожа всем телом, сильнее запахивая плед в попытке сохранить драгоценное тепло, подхожу к нему. Аккуратно заправленный темным постельным белый диван, стоящий у светлой стены, словно воздушное безе, политое густым шоколадом, невесомое и аппетитное, в отличие от моей кровати, вызывающей одну неприязнь. Полулежа опирается на подушки, внимательно прослеживая взглядом каждый мой шаг.

Такой расслабленный и в тот же миг собранный. Присаживаюсь на край, подгибая под себя ноги, и пытаюсь укутать их в мягкий плед. Касается щеки рукой, становится слишком задумчивым.

Кожа на спине горит огнём, а внутри, будто, огромный кусок льда, поражающий поверхность инеем.

– Иди сюда, – произносит ласково, слегка приподняв уголки губ.

Ложусь рядом, свернувшись клубочком. Укутавшись в кокон не спасающего от холода пледа.

Поджимаю губы, усмиряя стук клацающих зубов.

Нежно касается пальцами лба, констатируя с грустной ухмылкой:

Утыкается в волосы, раскинутые по подушке, глубоко вдыхая, обдавая горячим дыханием открытую шею. Меня слегка передергивает от разницы температур.

Разворачивает плед, усиливая дрожь обволакивающим холодом, хватаюсь за край, пытаясь сохранить ускользающее тепло.

– Учись доверять, я тебя быстрее согрею.

Отпускаю руки. Накрывает своим одеялом, убирая разделяющую тела ткань.