Адора

Доктор долго мялся, но потом все-таки вынужден был сказать, что, по всей вероятности, она была отравлена мышьяком. Но он заверил Феодору, что доза мышьяка была очень маленькой, и только хрупкость детского организма не позволила ему справиться с болезнью.

Не меньше Феодору удивили и слова капитана Павла о том, что Елена знала, что Феодора уедет из Месимбрии. Если так, то получается, что императрица знала и о том, что подмога не успеет.

И последнее. Конечно же, Феодора заметила то, что капитан назвал императрицу по имени, и это позволило ей понять, что перед ней стоит любовник Елены.

Все эти факты наводили Феодору на нехорошие подозрения, но пока она решила притвориться ничего не понимающей и попытаться докопаться до истины.

Вечером того же дня Елена провела во дворец Али Яхиа и двух янычар. Они пришли в спальню к Феодоре. Императрица подсыпала в ее ужин сонный порошок, и Феодора должна была проснуться не раньше чем через сутки.

Двое янычар вынесли принцессу из дворца, положили в носилки, которые сразу же тронулись в сторону турецкой границы.

Через час они встретили конный патруль султана Мурада. Оказывается, он не вынес ожидания и двинулся навстречу Али Яхиа. Сейчас он находился в миле от отряда, выкравшего Феодору.

Султан не скрывал своих чувств.

— Привезли?! — нетерпеливо спросил он. И когда слуга утвердительно кивнул, Мурад не выдержал и бросился к нему. — Несите ее скорей в шатер.

— О Аллах, как она прекрасна, — воскликнул султан, когда наконец Феодору внесли в его шатер и светильники осветили ее лицо.

— Нет, просто императрица была настолько любезна, что усыпила ее на целые сутки.

Мурад и Али Яхиа вышли из шатра.

— Я очень благодарен тебе, мой верный друг, — сказал Мурад. — Если бы не ты, я навсегда бы потерял мою Адору.

Али Яхиа странно посмотрел на султана, он никак не мог понять великую страсть своего господина к почти незнакомой женщине.

Мурад понял этот взгляд и рассмеялся:

— Ты думаешь, я сумасшедший? В чем-то ты, конечно, прав, все влюбленные сумасшедшие, но ты многого не знаешь.

Али Яхиа непонимающе смотрел на султана. — Представь себе, что я, любимый сын султана Орхана, имел связь с его женой Феодорой еще раньше, чем она приехала в султанский дворец. Я познакомился с ней, когда она была еще маленькой девочкой и жила в монастыре Святой Екатерины.