Адвокат. Судья. Вор

Нэт, я нэ буду с тэбя спрашивать за Габриловича… Старый жид сам сыбя абманул, хотел самим хытрым быт… Я хачу рассказать тыбе, как умерли твои радытели…

Челищев дернулся вперед, но Гурген властно вскинул руку, останавливая его движение, помолчал, глядя в огонь, и начал свой рассказ.

– Твой атец мыня нэ знал. Габриловича знал. Работал с ным. Так должно было быть. Вытка Антыбиотык хатэл па-другому. Он наслал лудей к тваему атцу гаварытъ. Эта былы луди Адваката. Перваго Адваката, Званцива.

Разговор нэ получылся. Тогда Вытка прыказал убыть тваего атца. И его убылы, вмэстэ с жыной, да…

Сергей отказывался верить своим ушам. По словам Гургена выходило, что за деревообрабатывающий комбинат, которым руководил Александр Владимирович, завязалась драчка между организациями Москвы и Питера. Поняв, что проигрывает, Антибиотик решил убрать Челищева-старшего, чтобы сменивший его начальник стал посговорчивее. Но самым чудовищным было то, что обо всем этом знал Олег… а значит, и Катя, хотя ее имени Гурген не назвал ни разу.

Получалось, что они не только знали, но и руководили всей операцией!

– Я сразу знал, что была так. Я многа жил, мыня удывить трудна. Но я был удывлен, когда узнал, что ты работаешь на Вытку…

Гурген рассказал, что после того, как раскрылась история с кредитом у Габриловича и выяснилась роль во всем этом Челищева-младшего, он, Гурген, решил поподробнее навести справки. Практически люди Гургена провели настоящее расследование, результаты которого сейчас слушал оцепеневший Челищев.

– Почему я должен вам верить? – глухо спросил Сергей.

Глаза Гургена яростно вспыхнули, но тут же снова погасли, успокоились.

– Мала кто рыскует говорыть мыне такые слава. Ты смелый. Или глупый. Давольна слов. Пойдем. Мы пакажем тыбе таво, у кого взяли часы тваего атца…

Гурген неторопливо встал и, не оглядываясь, вышел из гостиной.

Сергей пошел за ним. Гурген привел его в огромный каменный гараж, рассчитанный минимум на два автомобиля.

Но машин в гараже не было. К кольцу, вделанному в кирпичную кладку, был наручником прикован человек, лица которого Сергей раньше не видел.

– Эта Вынт, адин из брыгадыров Адваката. Часы былы у него. Можешь сам говарыть с ным – как хочешь. Нам он уже нэ нужен. Мы знаем, что хотэли. Его мы взяли нэ для сэбя – для тыбя.

Винт! В мозгу Сергея словно что-то щелкнуло, и вспыхнул свет.