Адвокат. Судья. Вор

Все размышления заняли у него секунды две от силы, и старик в ответ на заманчивое предложение только покачал головой:

– Спасибо, Федя, да только некому мне малявки писать… Один я остался…

– Ну как знаете, Юрий Александрович, – пожал плечами Федор.

Показалось Барону или нет, что проглянуло у мужика сквозь приветливую улыбку выражение досады? Нет, не показалось. И на этот раз не подвело старика его звериное чутье.

На следующий день Федора действительно освободили, он сердечно простился со всеми и ушел, а Барон все ломал голову – не ошибся ли он, не упустил ли шанс, который подбросила ему судьба?.

. Юрию Александровичу стало бы намного легче, если бы он смог увидеть, как вышедшего из «Крестов» Федора подобрала бежевая «Волга» и повезла на большой скорости на Среднеохтинский проспект к маленькому ресторанчику с уютным названием «У Степаныча» – тому самому, в котором любил назначать встречи доверенным людям Антибиотик… Виктор Палыч, безусловно, доверял Геннадию Петровичу Ващанову, знал, что подполковник в лепешку будет расшибаться, чтобы вытрясти «Эгину» из Михеева… Но Антибиотик всегда предпочитал делать ставку не на одну лошадку. Шансов больше на выигрыш, на то, что кто-нибудь из двоих дойдет-таки до финиша первым…

Разговор с Федором не занял у Виктора Палыча много времени, хотя речь шла не только о Бароне: старик был далеко не единственным зеком, чьим поведением интересовался Антибиотик, потому что «Эгина» (при всей сложности этой «темы») не могла полностью занимать мысли Говорова – он строил огромную теневую империю, и проблем, как говорится, хватало… Что же касается Юрки Барона… Виктор Палыч даже улыбнулся, подумав о том, что с настоящими игроками иметь дело все же интереснее – кровь бежит по жилам быстрее.

Антибиотик, кстати, и не особенно рассчитывал на успех, подсаживая к старику в камеру своих людей. Трюк, в общем-то, старый как мир, однако не так уж и редко обезьяны падают с деревьев, а люди опытные и умные часто ошибаются на самом простом и примитивном… Не вышло у Федора – выйдет у Гены Ващанова. Должно выйти.