Адвокат. Судья. Вор

Вот-вот, самого настоящего, заслуженного, патриарха, можно сказать, воровского движения… Михеев такой – он же Барон, он же Мефистофель… Не слышали? Ну что вы, старикан колоритнейший, он на первую ходку еще до войны двинул, прошел чуть ли не все лагеря Советского Союза, в свое время просто гремел… Сейчас? Да он на ерунде подзалетел, там еще следствие идет, пока говорить что-то определенное трудно, но, вполне возможно, старика выпустят вскорости – он уже больной совсем и вряд ли представляет какую-либо опасность для общества… Да, да… Моя бы воля, так я бы его сразу выпустил, чего мучить-то старого, но это следствие решает… Да, так вот, пока этот Барон еще сидит, можно, если это вам, конечно, интересно, интервью с ним сделать, побеседовать… Конечно, он же самая настоящая энциклопедия ходячая по преступному миру… Интересно? Будет, будет говорить, он, по-моему, даже сам хочет с журналистом встретиться – знаете, конец жизни, нужно выговориться, высказаться… Если хотите – исповедоваться… Да… Нет, в принципе, это, конечно, сенсация – вы же, наверное, знаете, что воры-законники никому никаких интервью до сих пор не давали… Да, да… Нет, только вам… Будете, так сказать, первым… Да ну что вы, не стоит благодарности, дело-то, по сути, одно делаем… Когда? Да хоть завтра, я думаю, никаких проблем не будет… Нет, он не в «Крестах», его в спецбольницу перевели, я же говорю – старик очень плох, с легкими у него что-то… Ну сами посудите, всю жизнь по лагерям да тюрьмам – откуда тут здоровью-то взяться… Как конкретно? Я вам сейчас телефончик дам нашего оперативника, который как раз делом этого Барона занимался… Записываете? Колбасов Владимир Николаевич, тринадцатый отдел, а телефон… Знаете? А откуда, если не секрет?.