Адвокат. Судья. Вор

Дело в том, что агент, для которого главный стимул – деньги, ненадежен, он может легко и просто стать двойником, а то и тройником, а потом от жадности он сгорит, и ладно бы, сгорит сам, а то ведь еще и «куратора» засветит… Человек, которого сломали, вынудили к сотрудничеству, он, как жертва насилия, подсознательно постоянно будет жаждать реванша и однажды может выстрелить «хозяину» в спину в прямом и переносном смысле… К тому же компра, на которой интересующий объект можно подловить, имеет тенденцию к устареванию, потере актуальности, да и другие нюансы есть – скажем, широко распространено мнение, что, мол, стукачей вербуют, закрывая глаза на какие-то их уголовные преступления, но ведь в этом случае вербовщик сам может оказаться в уязвимом положении как укрыватель… А поэтому идеальный информатор – тот, который работает в основном по «идейным» мотивам – они бывают самыми разными и иногда сводятся просто к природной склонности человека к доносительству.

Встречаются также экземпляры, идущие на сотрудничество с кем бы то ни было от чувства одиночества, от желания осознать свою полезность, если хотите, причастность… Для такого «источника» тот, кому он передает информацию, может стать самым близким человеком… Андрею в свое время подробно объясняли, что в идеальном варианте агент должен быть для «хозяина» даже больше чем другом, – агента надо беречь и физически, и психологически, и эмоционально, о нем надо заботиться, как о родном человеке… Информатор должен быть больше чем другом, но при этом другом все-таки становиться не должен ни в коем случае, потому что все мы зависим от тех, кто нам по-настоящему дорог… Тот, кто нарушал это правило, часто платил потом за все по самой дорогой цене. Особенно часто такие трагедии случались, когда в роли агента была женщина – симпатичная, красивая, интересная, а потом желанная и любимая…

Обо всех этих тонкостях и каверзах агентурной работы Обнорский размышлял, торопясь на встречу с официантом Мишей, который, по счастью, был не симпатичной женщиной, а просто несчастным и глубоко закомплексованным пареньком, работавшим на Андрея как раз по так называемым идейным соображениям… Серегина к Мише подвел в свое время Женька Кондрашов, как раз перед тем как собрался увольняться из милиции.

Официант из «Пулковской», где любила собираться городская братва, был весьма ценным кадром.