– Кажется, у нас будут проблемы, – пробормотал Ефремов, закончив осмотр рук Кайгородовой. – Придется посмотреть, где продолжение «дорог».
Игорь бесцеремонно запустил руки под резинку спортивных штанов Кайгородовой и рывком сдернул их вместе с трусами.
– Ноги раздвинь, – велел он девушке.
Елена, не открывая глаз, сжала колени. Ефремов выругался, попробовал силой раздвинуть ей ноги, но не смог.
– Помоги мне! – приказал он Киселеву.
– Да как же можно, она же голая! – запротестовал Олег.
– Твою мать! – выругался Ефремов.
– Или ты мне поможешь ей ноги раздвинуть, или иди к черту и напиши рапорт на увольнение. Ну, живо! Тяни ногу, мать твою!
Киселев, презирая себя, Ефремова и наркоманов, с интересом наблюдавших за оперативниками из-под стола, помог раздвинуть ноги Елене. От абсурдности происходящего ему стало тошно, и если бы не врожденное чувство аккуратности и уважения к чужому имуществу, его бы стошнило прямо тут, у дивана.
– Аут! – сделал заключение Ефремов, осмотрев внутреннюю сторону бедер Кайгородовой.
– Она в пах колется. На руках «рабочих» вен уже нет.
– Все, что можно, погубила! – подтвердили наркоманы. – Была бы мужиком, в член бы уже кололась. У нас один дошел до ручки, так он…
Ефремов подобрал тапку у дивана и метнул ее под стол.
– Танкисты! Считайте, что это граната. Вас всех оглушило, двигатель заглох. Если вы раньше времени очухаетесь, то я бронебойным снарядом по вашему танку так врежу, что мало не покажется.
– Ее можно одеть? – спросил Киселев.
– Одень, потом возьми в коридоре женские бурки и обуй ее.
– Бурки Танькины, – робко возразил один из парней. – Она проснется, ругаться будет.
Кайгородова, не открывая глаз, натянула трико.
– Лена, – позвал ее Ефремов, – вставай, детка, поедешь с нами.
Девушка, ориентируясь на голос, протянула руку в сторону оперативника, сложила пальцы в кукиш.
– Не хочешь, как хочешь! – ответил Игорь."
"Вдвоем с Киселевым они натянули на Кайгородову войлочные, поеденные молью бурки. С полушубком из искусственного меха решили не возиться.
– Верхнюю одежду я понесу, – сказал Ефремов, – а ты заверни ее в покрывало, и пошли.
Осторожно, стараясь не сделать девушке больно, Олег накрыл ее покрывалом и поднял на руки. Кайгородова обняла оперативника за шею, прижалась к нему всем телом, всхлипнула.
«Если Ефремов захочет избить ее, то я заступлюсь, – решил Киселев. – Хватит на сегодня, насмотрелся, как он над людьми издевается. Девчонку я ему тронуть не дам».
Оперативники пошли на выход.
