Как-никак Цварг – весьма закрытая планета, влёт и вылет с которой разрешён лишь по заранее одобренным Аппаратом Управления Планетой визам. Понятия не имею, как Элизабет удалось оформить мне все документы в настолько короткий срок, но моё разрешение на пребывание здесь было подлинным.
Стоя перед окошком ресепшн, я размышляла, а правильно ли поступаю, что пытаюсь без приглашения проникнуть в палату к сыну адмирала? С одной стороны, в Особом Отделе мне накрепко вбили в голову правило, что любую информацию никогда не будет лишним перепроверить.
С другой стороны, сомнительно, что адмирал Нуаре будет что-то от меня утаивать. Он же сам искал сигма-агента для сына, вот только по связи с Марко не сказал ничего ни о происшествии с Тайлером, ни номер палаты… Может, всё-таки стоит связаться с Дарреном по коммуникатору и сообщить, что агент уже прибыл на задание и ожидает в фойе? В тот момент, когда палец завис над кнопкой коммуникатора, молодой цварг со скучающим видом и кружкой ароматного кофе наконец-то зашёл за стойку регистрации.
– Добрый день, а вы к кому? – протянул он, окидывая меня изучающим взглядом с ног до головы.
Ну да, перед ним стоит странный подросток-захухря с большой спортивной сумкой через плечо. Я тоже на его месте стала бы подозрительной.
– К Тайлеру Делоне, он должен был поступить к вам приблизительно трое суток назад с тяжёлыми травмами, – произнесла заранее приготовленный ответ и сделала огромные просящие глаза. Это выражение я тоже тренировала перед зеркалом, пока летела на Цварг.
Служащий больницы хмыкнул, посмотрел данные в компьютере и сообщил:
– Да, есть у нас такой, но травмы серьёзные, до встреч допускаются лишь родственники. Простите, а кем вы ему приходитесь?"
"– Сестрой, – соврала я, не моргнув и глазом. И на скептически поднятую бровь бросилась в путаные объяснения: – Понимаете, его отец приходится двоюродным братом моего отца, который по долгу службы однажды остановился на Захране…
Я несла полный бред, надеясь, что цварг, как и любой представитель этой расы, положится на своё чутьё.
Райан как-то сказал, что когда гуманоиды лгут, их эмоции начинают отдавать неприятной гнильцой. Не знаю, как именно он распознавал ложь, но сообщил, что соврать цваргу с развитыми рогами практически невозможно. Разумеется, это не относилось ко мне. Ведь благодаря наноботам мои эмоции были абсолютно стерильны.
Как я и надеялась, молодой мужчина приподнялся со своего места и замер. Я от волнения закусила губу.
