"
"А уже через полчаса даже Никита покачал в удивлении головой, когда предстал перед ним молодой приказчик в надвинутом на глаза картузе, ситцевой рубахе навыпуск, подпоясанной тонким кожаным ремешком с серебряным подбором, и плисовых штанах с напуском на сапоги. Послюнив палец, он закрутил тонкие усы, так что они стали торчком, как у того приказчика из ювелирного магазина, и прошелся этаким кандибобером по комнате.
— Ну что, похож?
— Похож! — улыбнулся Никита и с сожалением окинул взглядом стол. — Почти ничего и не скушали…
— Да ладно тебе, — хлопнул его по плечу Алексей, — скушаю, когда вернусь.
— Он строго посмотрел на денщика. — Смотри не выдай меня.
— Да я-то что! — махнул рукой тот. — Сами не попадитесь! От Федора Михалыча, как ни хоронись, все равно не укроешься. Так что скажите Ивану, зря он это дело затевает. Не дай бог под горячую руку попадетесь, не сносить вам тогда головы за ослушание.
— Это ты точно подметил, что не сносить нам головы, — согласился Алексей, — но где наша не пропадала?
Алексей вылез через окно, выходящее на зады усадьбы, перепрыгнул через забор и свистнул.
Из кустов черемухи, заполонившей небольшой овраг, выглянул Вавилов, одетый почти так же, как Алексей, только рубаха у него была потемнее и кончики усов уныло свисали вниз.
Вавилов придирчиво оглядел Алексея с головы до ног и скомандовал:
— Давай пошли, пока тебя не прищучили.
И они нырнули в кусты.
Никита тем временем, кряхтя и что-то бормоча себе под нос, принялся убирать со стола, потом подошел к корзине для бумаг, вытряхнул ее содержимое на большой носовой платок, внимательно просмотрел каждую бумажку, каждый обрывок, а потом связал все в узел, затолкал за пазуху и вышел из флигеля.
Глава 14
— Допустим, ты ведешь наблюдение за домом…
Какой себе вид придать, чтобы не возбуждать подозрения у дворника или, к примеру, у швейцара? Мороженщика, продавца кваса или пряников? Нет, не пойдет!
Этих самых продавцов в здешнем околотке каждая собака знает. А появится кто новый, сразу заметят. И в первую очередь продавцы.
Того гляди, еще и по шее накостыляют, чтобы покупателей не сманивал. Такое на базаре пройти может или на главных улицах, где народу полно… — Вавилов быстро огляделся по сторонам и пояснил:
— Самое главное, следи, чтобы взгляд подолгу не задерживался ни на чем. И когда присматриваешь за кем, тоже старайся не смотреть ему в глаза.
Если человек настороже, сразу поймет, что дело здесь не чисто. Это на барышень можно заглядываться, сколько душа пожелает.
