Академия хаоса. Когда рушатся стены

– К тому же, доказать вину сложно, – продолжил он. – Магический след быстро рассеивается, и пока дело доходит до суда, обычно тает как прошлогодний снег. Начнем с простейшего – передача мыслеформы.

– Опять ваши надгробия смотреть, – вздохнул Эрт.

– В прошлый раз твой памятник получился отвратительным, – не пощадил его Изергаст. – Я говорил – ворон, а ты усадил на гранит петуха.

– Я отвлекся! – пожаловался Эрт. – Это сложно!

– Вот иди и учись концентрации, – он безжалостно ткнул в раскрытый гроб. – Постарайся не подавиться печеньем на этот раз.

Эрт, вздыхая, поднялся и поплелся в гроб. Улегшись на подушечку, скрестил руки на груди, и крышка плавно опустилась. Изергаст повернулся к Миранде и посмотрел прямо в глаза.

– Миранда Корвена, – он произнес ее имя нараспев, точно какое-то заклинание. – Готова внимать моей мудрости и ловить каждое слово?"

"– Допустим, – согласилась она.

– Тогда попробуй передать мне образ. Сперва представь его в своей голове, с яркими деталями, ощущениями, запахами, а потом посмотри мне в глаза, удерживая эту картинку.

Мы с белобрысым зародышем практиковались на надгробиях, пока он не опошлил все своим петухом. Итак, форма памятника, материал, выбитое имя с датами рождения и смерти. Зацепись за эти детали. Быть может, добавь лишайник на старый камень или парочку трещин. Поняла?

Миранда кивнула и закрыла глаза, и его пальцы коснулись ее рук.

– Это обязательно? – спросила она.

– Помогает установить контакт, – пояснил Изергаст. – Не отвлекайся.

Миранда представила прямоугольный памятник из белого мрамора, написала на нем размашистыми золотыми буквами «Моррен Фергюс Изергаст», рассадила в траве маргаритки и, открыв глаза, нырнула в изумрудную зелень.

– Мило, – оценил он. – Не совсем в моем стиле, конечно, но за цветочки спасибо. Буквы дрожат, а памятник плоский как бумага. Попробуй еще. Ты можешь лучше.

Выдохнув, Миранда вновь закрыла глаза, но сосредоточиться не получалось – взгляд Изергаста ощущался так явно, как будто он касался ее кожи: погладил щеку, прикоснулся к губам, опустился в ямку между ключицами.

Его пальцы погладили ее кисти и обхватили запястья.

– Волнуешься, студентка Корвена? – заметил он.

Не открывая глаза, она обхватила пальцами его запястье и нашла пульс.

– Вы тоже, мастер Изергаст, – ответила она. – Неужели видение собственной смерти так вас растревожило?

– Ничуть, – ответил он бархатным голосом. – Так что там с могилкой? Готово?

– Почти, – соврала она. – Еще копаю.