Заметив это, лорд Дорт усмехнулся.
– Это совсем не то, о чем вы подумали. Ариана, вы мне нравитесь как личность, как… – Он запнулся. – Самым лучшим вариантом будет расторжение этой помолвки. Не переживайте, вас это никаким образом не коснется, академия возьмет вас под защиту.
Я сглотнула, а потом сглотнула еще раз. Какое расторжение, какая защита, да что вы несете, Аррен?!
– Почему?
Но ректор не ответил, продолжая смотреть в окно, будто там было что-то интересное.
Я на мгновение прикрыла глаза, пытаясь собрать воедино разрозненные факты.
Но ничего приличного в голову так и не пришло, одни ругательства.
Почему младший ди Фостер советует мне это? Неужели поддерживает Патрика? Или самого себя? Но ведь лорд Дорт даже не был на том балу! Впрочем, наверняка он обладает информацией со всеми подробностями: свидетелей не слишком красивой сцены оказалось немало. А отношения в королевской семье, видимо, еще хуже, чем в семье Стертонов. Не зря же Аррен даже не пришел на объявление нашей с Тайлером помолвки.
Да и натянутость в отношениях, вернее, откровенную неприязнь между моим женихом и его дядей я имела неосторожность наблюдать в день поступления в академию. Тогда я думала, что ректор защищает новую адептку, но, похоже, это не так.
Я с вызовом посмотрела на ректора:
– Как долго семья ди Фостеров будет хранить свои тайны, лорд Дорт?
Он медленно обернулся.
– Всегда.
Я не нашлась, что ответить, и, повинуясь моему негласному призыву, на плече появилась Эгнис.
– Позаботься о ней, – коротко кивнул ректор, тем самым давая понять, что разговор окончен. – Мне очень жаль, что я не смог помочь вам, леди Стертон.
Я покачала головой:
– Неправда, вы мне очень помогли, лорд Дорт.
Лукавила, конечно, но пища для размышлений бессонными ночами у меня появилась.
Выйдя из кабинета ректора, я с удивлением обнаружила леди Алтон, сидящую за идеально убранным столом с минимумом бумаг. Все вокруг сверкало чистотой и радовало глаз. Интересно, как она это сделала за такое короткое время?
Сама Стефания была на грани истерики.
Ее глаза метали молнии, но она молчала. Правда, слегка побледнела, когда мы прошли мимо. И натянуто улыбнулась напоследок.
– Ты страшный фамильяр, Эгнис, – хмыкнула я, когда мы оказались в коридоре.
– Неправда! Я очень красивая!
Я с улыбкой погладила ее по шершавой коже, прижавшись к ней щекой.
– Ну, с этим даже спорить не буду.
Саламандра подняла хвост и лапкой указала на него.
