Поэтому я вернула всё внимание шкатулке, пытаясь запомнить хотя бы связующие линии между узлами, чтобы в тишине и покое собственной комнаты их перерисовать.
Вот только в этот раз артефакт решил отомстить мне за излишнее любопытство.
Глава 12
Первым вернулось зрение, и уже потом осознание, что я лежу на единственном подходящем для этого месте – маленьком диване у дальней стены.
Лежу.
Последний раз я теряла сознание в кабинете Присли, куда забралась, чтобы основательно подпортить ему накопители, ведь без них он не мог практически ничего.
Хорошо, что меня нашла Грейс, успев переложить в кровать до прихода опекуна! Но план я всё же осуществила, хоть и на полгода позднее.
Но почему сейчас?
Осторожно покрутив головой, убедилась, что боли нет и смело села, спустив ноги. Подумать только, второй раз в жизни я потеряла сознание и из-за чего? Из-за дрянного артефакта, вздумавшего показать характер! И это мне! Магу, в клиентах которой значились даже несколько боевиков!
Шаргхова шкатулка! И я буду не я, если не смогу снять защиту безумного гения.
– Вы свободны, лиерра Грасс. Конечно, если пришли в себя, – глядя на то, как я встаю и надеваю туфли, сообщил стоящий напротив Оллэйстар. – У меня нет желания сводить вас в могилу.
Конечно, ему же потом отчитываться за самовольно преставившуюся студентку. Хотя, что уж теперь… стоило подумать об этом вчера, но не тогда, когда я с взглядом серийного маньяка прикидывала, как бы снова подступиться к артефакту.
– Извините, ректор Оллэйстар, но теперь это дело принципа.
– Насколько я помню, сохранение собственной жизни тоже один из ваших принципов. И он прямо противоречит вашему заявлению.
И кто меня за язык тянул!
– Случайный обморок не является угрозой для жизни. Я прошу вас разрешить мне продолжить работу…
– Не смешите, Аурелия, – ректор скрестил руки на груди, – вы к этому не привыкли и тратите слишком много не только магического резерва, но и собственных ресурсов.
Не помню, когда я просила последний раз, но ему на это явно наплевать – Оллэйстар принял решение.
И не собирался его менять. А у меня осталась последняя возможность заставить его изменить мнение – низкая, откровенно подлая, но имеющая все шансы стать удачной. И либо всё обойдётся, либо завтра моя фамилия окажется первой в списке отчисленных.
Перспектива отдавала гнильцой, но при всём желании остановиться я уже не могла.
– Я расскажу Академическому совету, что это вы дали мне отмычки от библиотеки.
