Сороконожка скрылся во всполохе взрыва, но его братцы и не думали отставать. Несмотря на мои попытки наложить на себя невидимость, видели они меня прекрасно. А, может, чуяли, я не знаю.
Но это ничего – у меня и на них мха хватало. Я отщипывала по чуть-чуть и, уже не глядя, бросала кусочки назад, не отвлекаясь на яркие оглушающие вспышки. Вообще, вспышки – это было хорошо, это было даже отлично. Возможно, один хорошо знакомый мне дракон обратит на них внимание в ночи и прилетит проверить, в чем дело.
К сожалению, все когда-нибудь заканчивается.
Даже взрывоопасный магомох.
Сил бежать у меня почти не осталось.
Я споткнулась снова и упала бы, если кто-то меня не подхватил и я почувствовала себя в надежных мужских руках.
– Хэллия! Что здесь происходит?
Но моим спасителем оказался вовсе не Аэлмар, а вампир Элайя Куртоль. Сейчас как поднимемся в воздух – многоножки гадские не достанут. Все-таки крылья – удобная штука, надо признать. И как хорошо, что у плевр крыльев нет! Червяки – они и есть червяки. Рожденный ползать – летать не может, так сказать!
– Эл! Ты как здесь? Хотя неважно! Нет времени объяснять, надо бежать! – выпалила я.
– Вернее, лететь! Тут такие дела творятся! Надо к ректору! Доставай крылья и погнали отсюда.
– Ладно, ладно! Только успокойся… – тут же отреагировал вампир и расправил свои огромные кожистые крылья.
Несколько взмахов – и мы поднялись над Черным Бором, оставив братцев многоножек издать пронзительные недовольные вопли. После чего они, поблескивая своими сегментарными телами, быстро поползли обратно.
Очевидно, задумали новую гадость. Но мне-то теперь они нипочем! Я в воздухе! Летать – хорошо!
Вот только, пролетев несколько верст, Эл почему-то пошел на снижение.
Не успела я толком ничего сообразить, как мы оказались на той же самой поляне. С кенотафом и вмороженной в него плевровой царицей.
Вампир поставил меня прямо рядом с камнем – аккурат, где я стояла до этого. Как будто и не убегала вовсе…
Вампир…
Да никаким Эл вампиром, на самом деле, не был! А был одним из них.
Плевром."
"– Ох, и шустрой ты оказалась, дриада, – проговорил он голосом, в котором я уловила знакомые шипящие интонации. – Не ожидал.
Точно – плевр. Самый что ни на есть натуральный. Даже несмотря на то, что в отличие от остальных превращаться не спешит. А они за ним так и вьются – не нанесли им урона мои моховые бомбочки. Только пламя драконье им страшно, избранного дракона.
Но нету его рядом. Всегда был, а сейчас, когда больше всего нужен – нету.
