– Подумать только – живые артроплевры! Проникли в Академию Крылатых! Один вообще притворялся королевским ревизором! Чуть не оживили свою царицу-мамочку! До сих пор не могу в это поверить! – то и дело восклицала она.
– Главное, что сейчас все они уничтожены, и ситуация с Сольрис полностью взята под контроль, – сухо вставил Аэлмар.
– А если бы она не была взята, господин дракон? – ехидно перебила бабуля. –Если б эта Дриадрьей Праматерью трижды проклятая многоножка вселилась бы в мою кровиночку? Если б ты вовремя не вытащил Эллечку из древного разречья и она б так и осталась в, прости Дриадрья Праматерь, сосне? У-у-у, драконье племя! Самовлюбленное! Самонадеянное! Позарился на мою золотиночку, головорез крылатый? А вот кукиш тебе, а не Эллечку мою, внученьку ненаглядную! Я ей уже жениха присмотрела, дриада порядочного.
Не то, что дракон какой-то недоделанный! Скоро знакомиться поедем, слышишь, Хэлли?
Узнаю свою бабулю!
– А ты куда смотрела, грымза старая, пока эти многоножки шеликунявые мою девочку обхаживали? – досталось от моей бабушки и самой Готени.
– Все думаешь, как проклятье свое снять? Столько лет, а все неймется?
Самое удивительное, что суровая ректоресса как-то растеряла весь свой суровый и вид и… смутилась.
– А вот с этого места можно поподробнее? – живо отреагировала я. – Вы были подругами или все-таки нет? И чей был тот самый поклонник? А, главное, откуда он взял монетку? Залез в Сольрис прямо в кенотаф, что ли? Но зачем? Я запуталась.
– Оно и немудрено, запутаться-то, – бабуля вздохнула и… достала ту самую литографию, которую я нашла в коробочке во время своей ночной вылазки в клуб.
– Дружили мы с этой драконессой-ректорессой, дружили. Хорошо дружили, весь первый курс были не разлей вода. А потом между нами черная кошка пробежала. Точнее, вампир. Вот он.
И бабка ткнула пальцем как раз в того самого худого юношу с выдающимся носом, который не отрывал от нее взгляда.
– Тебе-то Ховар всегда был безразличен, Дэлия, – бесцветным голосом вставила ректоресса Готени.
– Я до сих пор не знаю, что ты в нем нашла, Хельга, – в тон ответила бабуля. – Ни кожи, ни рожи! У меня таких, как он целый выводок был. Толпой за мной бегали! Но этот клыкастый решил отличиться…
– Конечно, решил, – снова вмешалась Готени. – Ты же его публично унизила… И велела принести то, не знаю что."
"– В Черный Бор сходить, короче, – пояснила бабуля. – К Сольрис в гости.
– Вообще-то тогда мы не знали, что там находится, – эхом откликнулась Готени.
