Пуля попала в окно, и теперь холодный воздух с улицы касается кожи и пробирает до самых костей.
– Господи, ты сумасшедший… Ты м-мог меня убить! – мой голос истерически повышается. Может быть, если мне удастся вырваться и убежать, следующая пуля украсит мою голову.
– Мог… могу, на самом деле я часто думаю об этом, – он проводит носом по моей щеке. – Какая ты красивая… Бальзамирование твоего тела стало бы искусством. Я бы ввел фиксирующий раствор в твои сосуды и пропитал тебя бальзамом из глицерина, уксусно-кислого калия, уксусно-кислого натрия, воды и вспомогательных веществ.
Блядь, меня это возбуждает. А тебя?
Мой подбородок дрожит.
– Маленький ангел, не плачь. Я тебя напугал? – я закрываю глаза, когда его пальцы ласково проводят по мокрым губам. – Я не убью тебя. Я люблю твой голос больше всего на свете. И я не хочу, чтобы от тебя пахло антисептиком, мне нравятся персики. Снимай одежду, – его голос стал глубже, нетерпеливее, понижаясь до самого темного оттенка.
Очередной поцелуй, и он отрывается от моей шеи, чтобы проследить за своими действиями.
Пистолет опускается на мое бедро, а затем поддевает края юбки до такой степени, что его взору открываются подвязки чулок.
– Пожалуйста, не надо…
– Ну же, детка. Дай мне посмотреть на тебя. Это потрясающе.
Злые слезы обжигают мои глаза.
– Пошел к черту, ты больной уб… ах!
Его зубы вонзаются в мою губу, прежде чем я успеваю закончить предложение, и мое дыхание прерывается, когда он слизывает каплю крови и улыбается мне в рот.
– Ты возбудилась? Твои соски так приветливо торчат.
Жар медленно затапливает всю мою систему. В доказательство своих слов он щелкает по моей груди, и я хочу провалиться сквозь землю. Он трогает меня поверх джемпера, медленно перебирая соски. Внизу живота вспыхивает искра удовольствия, и я делаю глубокий вдох.
Я отрицаю тот факт, что мое тело реагирует. Даже в тот момент, когда он приставил ко мне гребаный пистолет, рассказав влажные мечты о моем бальзамировании.
– Хватит.
Я в очередной раз предпринимаю попытку вырваться и зажмуриваю глаза, когда он делает новый укус на моей шее.
А потом еще один засос. И еще. Я сопротивляюсь изо всех сил, но его силы стократно превосходят мои.
– Я могу играться с твоими сиськами и шеей всю ночь напролет, но у нас впереди урок, ангел. Сначала ты сделаешь домашнее задание, и только потом кончишь, – он выпрямляется.
Рука, все еще держащая мое горло, тянет меня вперед и заставляет подняться с высокого стула. Теперь мы поменялись местами.
