И не выпускать его из поля зрения.
— Ты не видел… — сестра не закончила фразу, но Андрей понял, о ком она говорит. Её интересовал убийца — тот, кто застрелил Анжелику и Каролину и ранил её[9].
— Откуда? Меня теперь к нему и не подпустят.
Ложь далась легко и прозвучала правдоподобно.
Он видел преступника на прошлой неделе. Ездил в СИЗО по другим делам и встретился с ним в коридоре. Душегуба вели на допрос. Он раскланялся, уступая дорогу. От него пахло духами, под брюками, Акулов знал это от коллег из оперчасти тюрьмы, были надеты колготки.
«Мокрая» статья не уберегла, в камере убивца сразу загнали под шконку, а на третью ночь опустили. Теперь адвокат таскал передачи, состоящие из женских вещей и косметики. Самое удивительное, что «мокрушника» такое положение дел как будто устраивало. Ни суицидных попыток, ни жалоб. Знакомые говорили, что он собирается стать «главпетухом»…
— Я договорился со «скорой помощью», чтобы нас довезли после выписки, — вступил в разговор Лапсердак.
Акулов мысленно чертыхнулся; он уже прикидывал, как повезёт Вику — на своей «восьмёрке», или кого из знакомых с более вместительной машиной можно найти.
— Ты решила, куда поедешь?
Обсуждение этого вопроса долго откладывалось. В том числе и потому, что Андрею хотелось бы услышать ответ в отсутствии Юры. Но это, похоже, было невозможно в принципе. Когда бы он ни приезжал к сестре, Лапсердак все время находился в палате. Уступал место, помалкивал и со значением пожимал руку. Так, словно напоминал: «У нас есть общий секрет.
Пожалуйста, не проговорись».
— Мы поедем домой, — Вика перевела взгляд с Андрея на Юру и улыбнулась.
«Домой» означало — на съёмную квартиру.
— Нам там будет удобнее. — Вика снова посмотрела на брата. — Да и вам с мамой не будем мешать.
— Я купил новую мебель, — пояснил Юрий, как будто именно это обстоятельство являлось решающим…
* * *…Акулова разбудил сигнал пейджера.
Пять часов утра, самый сон.
Пробуждаться не хотелось ужасно.
Сразу подумал, что разыскивает дежурный.
Тормознутый Гунтере, который всегда опаздывает с новостями. Неужели опять что-то случилось?
Поднялся с кровати, нашарил на тумбочке пейджер и вышел в соседнюю комнату, чтобы прочитать сообщение. Коленом больно ударился о сервировочный столик. Зазвенело стекло, на пол свалилась пустая бутылка. Растирая ушибленное место, Акулов покосился на дверь, которую закрыл не слишком плотно, опасаясь щелчком замка разбудить Машу.
Кажется, она не проснулась.
