Желание разреветься душило и сдавливало горло, и я отчаянно кусала губы, борясь со слезами.
Безликий молча наблюдал за мной. Шагнул ближе. Я в панике отпрыгнула.
– Не подходи ко мне! – сейчас уже мой голос напоминал шипение.
Воспоминание о том, как я только что стонала в его руках и просила не останавливаться, опалило стыдом. Если бы не моя связка с демоном, сейчас я уже была бы в постели Безликого.
Он снова шагнул, и я вскинула руку. Ледяной смерч сорвался с ладони, и блондина отбросило к стене. Он перевернулся, словно перетек в воздухе, и встал на ноги.
Скользнул ко мне. Мой вихрь закружил вокруг него, сковывая мощное тело льдом. Злость и стыд бурлили во мне столь сильно, что хотелось разорвать Безликого, уничтожить, убить!
– Ветряна! Прекрати!
Какой у него чарующий голос…
– Ты лишь иллюзия! – крикнула я. – Боюсь даже предположить, какой ты на самом деле, Анташар! Прикрываешься этой красивой маской, используешь магию, чтобы вызвать желание… противно! Не подходи ко мне!
Безликий застыл, глядя на меня.
Я не поняла, почему он стоит и не двигается. Просто смотрит, и в серебряных глазах дрожит странная обида.
– Где мои друзья? – резко спросила я. – Отвечай, Анташар!
Безликий склонил голову.
– Сейчас они должны быть в Зале Памяти, – сказал он.
– То есть вы не собирались отвозить нас к вашему повелителю? – ахнула я.
– К Властителю Душ можно попасть, лишь пройдя пещеры. Другого пути нет.
– Вы все здесь сумасшедшие, – устало протянула я и опустилась на стул.
Потом вскочила и нервно заходила по комнате. – Они будут меня искать.
Безликий покачал головой.
– Твои друзья уверены, что ты с ними. Поверь, я создаю отличные иллюзии.
– Даже не сомневаюсь, – обозлилась я. – Но Арххаррион точно знает, что меня с ними нет. Уже знает.
Я снова села и задумалась. Интересно, почему Безликий дает ответы на мои вопросы? Уверен, что мне отсюда не выбраться? В любом случае, этим стоит воспользоваться.
– Ты можешь принять внешность любого существа? – поинтересовалась я.
– Только того, с чьей аурой соприкасался, – ответил он.
Я посмотрела на его золотистое тело и совершенное лицо. Что поделать, не смотреть на такую красоту было невозможно… Безликий вскинул голову, улыбнулся. Вот Тьма… почувствовал. Конечно, почувствовал. Я отвернулась.
– Зачем вам чужие эмоции? – спросила я.
Он улыбаться перестал. Серебряные глаза потемнели, словно ртуть.
– Это проклятие Погруженных во Тьму, – процедил он сквозь зубы.
