Алауэн. История одного клана

Хочешь быть такой же убийцей? Хочешь, чтобы после твоего прихода кто-то другой умирал от боли и потерь? Тогда вперед, девочка.

– Мне нужны только Сантан и его мать, – зло прошипела я.

– Только? А ты подумала, что она тоже чья-то дочь? Что, убив одно чудовище, ты займешь его место? – Дракон презрительно фыркнул. – Иди и займи Ледяные чертоги. Они будут твоими. Если выживешь.

Я убрала клинок и с трудом подавила неприятный смех.

– Зачем мне это, если ничего больше нет.

Равнодушно скользнула взглядом по все еще кипящему от негодования дракону, по присутствующим в зале и комиссии, задумчиво рассматривающей меня, по друзьям, все еще окружавшим несокрушимой стеной.

– Простите, я устала.

С этими словами я спокойно отвернулась ото всех и пошла к широким распахнутым окнам. Скинутый плащ остался лежать на хрустале подобно луже, покрытой корочкой льда. На плечи легли снежно-белые локоны. Только сейчас многие поняли, что плащ был не просто декоративной деталью, а вполне намеренно скрывал практически отсутствующую спинку жилета.

Взобравшись на подоконник, я попросту упала в это сочетание бурого, зеленого и голубого. И только недалеко от земли заставила себя раскрыть крылья.

До дома Станиславы и Бальтазара я долетела сама. Почти сразу после моего падения из окна ко мне в попутчики набился Нирран, но тут придраться было не к чему – он держался достаточно далеко, чтобы не мешать, но в то же время хватило бы и двух взмахов могучих крыльев, чтобы он оказался рядом.

Конечно, можно было устроиться на его шее на вполне законных основаниях, но мне хотелось самой. Просто почувствовать…

Первое время я безумно боялась полета на этих крыльях. Они были моими… и в то же время чужими. И только сейчас я наконец слилась с ними – стала единой. Взмах крыла… ты чувствуешь, каким твердым может быть воздух под тобой. Как тут можно упасть? Он держит тебя в своих объятиях, он ласкает лицо и нежно треплет волосы.

Раскрыть крылья, лечь на мягкие волны, расслабиться. Вверх, вниз. Здесь нет дорог, здесь нет ограничений. Это свобода. Абсолютная свобода!

Когда я ступила на пол комнаты, оказалось, что кто-то предупредительно зажег здесь огни. Скинув с себя одежду, подошла к шкафу и достала одну из его рубашек.