Насчет вас, де Марли, и вас, Жильбер, у меня на сегодня совершенно иные планы…
– Какие, если не секрет? – Удивились оба рыцаря.
– После совета увидите. Я уверен, что жалеть вам не придется… – Он рассмеялся, правда, совсем недолго. Потом, сенешаль взял себя в руки, успокоился и добавил. – Как обстоят дела с поставкой наемников и продовольствия? Зима, сеньоры, не за горами…
– Из Нарбонна, Монпелье и Прованса к нам поступило двести шестнадцать человек, сеньор сенешаль. – Отрапортовал Жильбер де Клэр. – По чести сказать, большинство из них пришли невооруженными, и нам пришлось докупать арбалеты, копья и прочую экипировку.
Я был вынужден залезть в казну графа Амори…
– Ничего, мы ведь охраняем его владения, он и должен платить… – Согласился Ги де Леви.
– К концу сентября нам обещали прислать около сотни всадников и профессиональных арбалетчиков из Генуи и Прованса. Посмотрим, тогда, кто кого… – закончил свой короткий доклад де Клэр. Он вынул из небольшого кожаного мешочка табличку, разграфленную, словно шахматная доска, присмотрелся и продолжил.
– Так, теперь перейдем к поставкам продовольствия.
Сенешаль с интересом и уважением смотрел на рыцаря, сведущего в системах учета. Англичанин пробежал ровные ряды цифр и условных обозначений, понятных лишь ему одному, довольно крякнул и произнес:
– Пшеница складирована в амбары полностью, даже с увеличением объема на десять подвод, что составляет сто сорок мешков излишка. Рожь, ячмень и овес будет полностью поставлены к концу августа или к середине сентября, если Бог даст хорошую погоду, и мы сделаем приличный запас, которого может хватить до весны следующего года.
Мясо и птицу придется, как всегда, закупать у населения. Наших объемов солонины хватит только на три месяца осады…
– Клянусь Спасением души! Жильбер, вы, воистину, великий шателен! – Похвалил его Ги де Леви. Он поклонился англичанину и, обращаясь к остальным членам совета, произнес. – Вот, сеньоры, именно так и надо вести дела! А наши рыцари до сих пор ведут учет на глазок.
Кстати, мессир де Клэр, что это за табличка у вас, да и графы на ней какие-то особенные?..
Жильбер смутился такому вниманию, проявленному к его стараниям, но ответил:
– Сеньор сенешаль, благородный де Марли и святые отцы, данная табличка ни что иное, как разновидность учетной системы, применяемой в Нормандии и Англии. Называется она очень даже просто – шахматная доска. Ее стали применять норманны во всех покоренных землях. Даже в Неаполе!..
