Алекс (СИ)

Все попытки расстегнуть замок его куртки и при этом не мешать снимать с себя одежду превращаются в нелепые и смешные движения. Наши пальцы постоянно сталкиваются. В конце концов Алекс ловит мои запястья и заводит за голову, прижимая к двери одной рукой, вторая стремительно ложится на оголившийся живот.

— Скажи, что хочешь меня! — несдержанный приказной рык опаляет мои губы щекотным, волнующим дыханием. Ладонь Алекса ныряет между ног, прижимаясь плотно к пульсирующей промежности, подчиняя меня ему.

Длинные фаланги, лаская и скользя вдоль набухших складок, резко врываются в лоно через влажное хлопковое бельё.

— Да-а! — разряд удовольствия обжигает нежную плоть и проносится по всему телу. Царапаю ногтями его руку, которая держит запястья, сильнее выгибаясь и неистово насаживаясь на пальцы второй руки, чтобы они вошли внутрь как можно глубже. За считанные секунды Алекс доводит моё тело до дрожи, до сладостных судорог, срывая с губ чреду удовлетворённых стонов. Мужской аромат его кожи пьянит до одури.

Смесь разнообразных чувств и жгучих мурашек обрушивается на меня шквальной волной, учащая дыхание. Губы пересыхают. Увлажняю их кончиком языка, улавливая из под опущенных ресниц его пьяный взгляд.

— Ммм… какая же ты эмоциональная, София, мне нравится… — прижимается губами к моему приоткрытому рту. Целует. Сладко. До мурашек…

— Безууумец… — шиплю в экстазе, кусая его за нижнюю губу.

***— Черррт, дикая! — с рыком прерывает пылкий поцелуй, выдыхает в припухшие, горящие губы, позволяя ещё какое-то время ощущать послевкусие оргазма.

Меня потряхивает. Мужчина едва ли не замирает, соприкасаясь со мной лбом, мягко поглаживает сквозь трусики чувствительную плоть, словно успокаивает её после нахлынувшего цунами. Когда импульсы в теле стихают, начинаю приходить в себя. Часто дыша, запрокидываю голову назад, прислоняясь затылком к двери.

— Продолжим? — на лице Алекса расцветает хищная улыбка, обнажая жемчужные зубы.

Глаза вспыхивают азартом. Он отпускает мои руки, позволяя ими вцепиться в его широкие плечи. Запястья покалывают сотни иголочек, коленки дрожат от предвкушения чего-то невероятного. Черт! Его пальцы — это НЕЧТО, но я хочу большего! Хочу его в себе. Ладошки тотчас окутывает щиплющее тепло. Я знаю, какой он там гладкий и шелковистый, горячий, пульсирующий, какой… идеальный… нежный… Желание молча залезть к нему в штаны провоцирует на безумство.