Алихан склонился надо мной так близко, что я впервые почувствовала его запах. Он пахнет древесной корой после дождя. Этот аромат вовсе не кажется мне неприятным. Напротив, он привлекает меня, пробуждает что-то незнакомое ранее, однако я жутко пугаюсь близости демона, дергаюсь, и начинаю кашлять его больше.
Этот монстр точно пришел закончить начатое, так как его крупные горячие ладони сейчас лежат у меня в зоне солнечного сплетения, и от этого у меня дыхание спирает. Я лишь на миг смотрю в его лицо суровое и глаза зеленые вижу, черными ресницами обрамленные.
Они не горят огнем сейчас, но от них веет таким холодом и властью, что я невольно натягиваю одеяло сильнее.
Всхлипываю, бессильно отворачиваясь от него. Сейчас у меня нет сил даже на то, чтобы оттолкнуть его или позорно сбежать. Я все еще помню, каким становится Алихан в ярости. Хоть он и похож сейчас на очень красивого мужчину я знаю, что у него внутри на самом деле.
Кажется, на дворе глубокая ночь. Мы одни в этом полутемном шатре.
Низкий голос воина разрывает тишину и мое хриплое тяжелое дыхание.
– Покорись мне, рабыня. Признай во мне Господина, и я помогу тебе.
– Нет. Я никогда…не покорюсь демону.
Из груди вырывается кашель. Он становится все сильнее, и уже просто невыносим.
– Ты упрямая молодая женщина, Саназ! И ты умрешь за свое глупое упрямство. У тебя остались считанные секунды. Я могу помочь тебе умереть быстро либо сделаю так, что ты будешь мучаться часами, сгорая в жуткой предсмертной агонии.
Я не понимаю, что он делает, но демон все также держит сложенные руки на моей груди, словно согревая ее. Либо же он просто прицеливается, как лучше вырвать мое бешено бьющееся сердце.
От этого предположения, а также понимания, что он прав, у меня кровь стынет в жилах. Неужели это все…Алихан знает, что моя смерть близка и так просто говорит об этом, а мне вдруг становится очень страшно. Я чувствую, как из глаз капают слезы на мои горячие щеки, стекая к вискам и делая волосы мокрыми.
В этот момент, будучи уже практически в агонии, я не могу больше думать логически и просчитывать варианты побега. У меня нет выбора. Его забрали, вырвали с мясом также, как и мой шанс на свободу. Все, чего я хочу – просто выжить. Получить шанс еще ходить по земле, чувствовать и ощущать биение сердца в собственной груди. Я не хочу умирать. И никогда не хотела.
Судорожно всхлипываю, и ртом хватаю воздух, которого, кажется все меньше.
