– Правильно говоришь, солнышко, – подтвердила Софья и продолжила: – На дорогу Гриша потратил много времени, заплутал, а когда, наконец, добрался до места и…
– Понял, что зря мучился, – опять не дал матери договорить Андрей, – дома фактически нет, есть руины. Идея возводить на старом фундаменте новое здание оказалась провальной. Но даже если представить, что можно было бы использовать останки, то вместо экономии получились бы одни затраты.
– Как в лес пройдут машины с кирпичами? – прищурилась Света.
– Где взять электричество? Дороги-то нет!
– Идею свою Гриша похоронил, – сказала Софья, – в прямом смысле слова. Муж любил пошутить, посмеяться над собой.
Светлана заерзала в кресле.
– Эх, жаль, я похоронную церемонию не видела.
Софья положила ногу на ногу.
– Да, солнышко, Андрюша тогда был маленьким, мы еще в Москве жили, небось он забыл, как…
Андрей махнул рукой.
– Хоть я был и мелкий, но отлично помню. Папа во дворе московского дома, где мы тогда жили, выкопал яму, вынес коробку, зарыл ее и произнес:
– Здесь похоронена мечта Григория Викторовича о возведении нового дома на старом фундаменте, давайте оплачем несчастную.
И тут соседка подбегает, глаза ее горят.
– Не смейте общую территорию в кладбище превращать! Если у вас кошка подохла, киньте ее в мусорный бак. Нельзя трупы здесь хоронить!
Софья прикрыла лицо ладонями.
– О боже! Я думала, что от смеха просто там скончаюсь.
– Если я правильно понял, то вы не посещали развалины, – подвел итог Дегтярев.
– Только муж на них любовался, – подтвердила вдова, – он у нас в семье был главный. Как он велел, так мы и делали. Детям, тогда маленьким, отец строго-настрого запретил за ограду участка выходить. И, как я понимаю теперь, абсолютно правильно сделал.
– Люди почему-то думают, что дремучий лес только в Сибири существует. Но нет! В Подмосковье тоже легко заблудиться, – сказал Сеня.
– Верно, – согласилась Софья Петровна, – я с мужем никогда не спорила. Но порой имела собственное мнение, которое не высказывала ради сохранения мира в семье.
Когда Гриша построил высоченный забор из кирпича, поверху бросил колючую проволоку, поставил железные ворота и глухую калитку, я, каюсь, подумала, что супруг перегнул палку. Он увидел выражение моего лица и объяснил:
– Неподалеку находится бедная деревня, а богатый дом – большое искушение. Захотят нас обворовать, меня не будет, уеду на работу, ты останешься одна дома с детьми.
