— Принеси чаю, — распорядился он, сопровождая гостью в библиотеку.
Горел камин. Ощущался запах дыма, вишни и чего-то ещё — землистого, мшистого. Так пахнет в лесу осенью после тихого затяжного дождя.
Мужчина указал гостье на кресло у камина, а сам подошёл к столу и набросил на раскрытую книгу чёрную бархатную салфетку, украшенную серебряным шитьём и кисточками по углам.
Он не спешил начать разговор.
В раздумье снова глубоко затянулся дымом из трубки и, словно опомнившись, быстро выдохнув, сказал:
— Простите.
Прошёл к камину, присел у решётки и осторожно выбил табак из чаши.
Мадам Ле Бретон молчала тоже.
Вошла Бертина с подносом, на котором стояли две чайные пары с чаем, вазочка с кусочками сахара и блюдце с нарезанным лимоном.
Граф подал гостье чашку:"
"— С лимоном и двумя кусочками сахара?
— С одним… Merci, — взяла она угощение.
— Значит, вы разыскиваете баронессу Шэйлу Спарроу.
— Quoi?.. Спарроу? — дрогнуло блюдце в руке посетительницы, звякнула чашка, ложечка упала на подол платья.
Ольга, удерживая, схватила обеими руками чайную пару. Вернула на столик:
— Если можно, s'il vous plaît… чего-нибудь прохладительного.
Мартин дёрнул за кольцо сонетки. Появилась Бертина, выслушала хозяина и, поджав губы, ушла.
Разговор не завязывался. Казалось, что мужчина думает о чём-то постороннем. Да и Ольга не могла сосредоточиться. Его присутствие отвлекало её, как и мысли о том, что случится через три недели. Хотелось просто смотреть на него, сидеть рядом и молчать. Она рассматривала стёганый воротник-шальку и жёлтые деревянные пуговицы на куртке.
— Вы не знали, что ваша подруга стала женой барона Барта Спарроу? — усмехнулся Мартин.
— Quoi?.. Шэйла? Когда? Вы ничего не путаете? — обмерла она. — Святая Дева Мария, с ней всё хорошо? Она жива?
Граф кивнул «жива».
— Значит, он всё же добился своего, — задумчиво произнесла она.
Мужчина сел напротив гостьи. Щурясь, спросил:
— Вам известно, что она скоро родит?
— Я знаю, что она ждёт ребенка и очень обеспокоена её молчанием.
Поэтому я здесь, в Лондоне.
— Позвольте спросить, как часто она вам писала? — в голосе Мартина послышалась искренняя озабоченность.
— Два раза в месяц я получала от неё подробные письма. Последнее получила в середине июня, где она писала, что собирается приехать ко мне в Лузиньян. С тех пор от неё не было вестей. Я писала ей, но ответа не получила. А потом мои последние письма вернулись, и я забеспокоилась, но тотчас выехать в Лондон не смогла.
