Не замешана ли женщина в помянутом Стэнли скандале с участием графа Поля Мюрая?
— Ах, как жаль, — протянула сочувственно, в самом деле жалея об упущенной возможности. Она бы нашла, о чём поговорить с Мариам.
В кухне суетилась Флосси. При виде хозяина и его гостьи, посторонилась, пропуская их за перегородку к накрытому к завтраку столу.
Ольга задержалась у плиты.
— Вы не находили мои шпильки? — спросила она у женщины.
Та сунула руку в карман передника:
— А как же, находила, мадам. Когда прибиралась в библиотеке, — отдала находку.
Привычным движением Ольга скрутила волосы на затылке в тугой узел и закрепила шпильками.
На скромно сервированном столе на огромном блюде лежали мясной пирог, румяные свиные колбаски, сандвичи с паштетом, сладкая выпечка. В фарфоровых подставках* — варёные яйца. Далее джем, бульотка, заварочный чайник, чашки, ваза с фруктами.
Хозяин и его гостья ели молча.
Его сиятельство изредка поглядывал на сидящую перед ним женщину, чтобы убедиться в полном отсутствии у той аппетита.
Она не притронулась к сытной еде; не спеша пила вторую чашку сладкого чая.
— Полагаю, в Матлок вы уже не едете, — спросила она, глядя на нож и вилку в его руках.
— Мы перенесли запуск вентилятора на февраль, — отправил мужчина в рот кусочек пирога.
Рука Ольги дрогнула; из чашки на стол пролился чай.
Женщина ликовала. Хоть в этом направлении отпала необходимость что-то предпринимать. Чуть отклонилась назад и с торжеством посмотрела на Мартина.
— Не в силу того, о чём вы рассказали, — ответил он на её взор.
— Доставленный вентилятор оказался с погнутой осью. Вернули на замену. Повторная доставка требует времени.
Ольга прищурилась, испытующе глядя на мужчину — он сказал правду?
— Налейте мне чаю, — указал его сиятельство на бульотку. — Не вмешивайтесь, — подвинул он к себе вазочку с яблочным джемом. — Оставьте всё как есть. Пусть свершится то, чему суждено.
— Разумеется, — с елейной улыбкой произнесла Ольга, осторожно поставив перед ним чашку с обжигающим напитком.
— Как прикажете, ваше сиятельство.
Сев на место, сложила руки на коленях и опустила глаза, выражая смирение и покорность.
Подозрительный взор Мартина прошёлся по её приподнятым плечам, задержался на выгнутой брови, опустился на плотно сомкнутые губы. В душе росло беспокойство. Что снова задумала эта неуёмная женщина?!
После трапезы они вернулись в библиотеку, и граф вновь достал мобильный телефон. Положил перед нетерпеливо подсевшей к столу Ольгой.
