— Не нужно обо мне беспокоиться, — брошенная на кровать щётка для волос удивительным образом перелетела через спинку и со звонким стуком упала в углу покоя. — Я в состоянии сама о себе позаботиться. Я же не пленница? — уточнила она, глядя на мужчину, бочком продвигаясь мимо него.
Он отрицательно качнул головой, следя за передвижениями неугомонной гостьи.
— Мне завтра нужно быть в Лондоне, — твёрдо сказала она, возвращаясь к саквояжу, забрасывая в него щётку, торопливо сворачивая вчерашнее измятое платье. — У меня намечена встреча.
— С кем? С графом Мюраем? — не прятал он сарказма.
Очень смешно! — обернулась Ольга на мужчину, прожигая его взглядом
— Когда вы едете? — укладывала свёрток в саквояж. — Я должна закончить эскизы картины. Впрочем…
Мартин растянул губы в ухмылке:
— С доктором? Конечно… С тем шотландцем.
Щёки Ольги зарделись, ноздри раздулись. Мужчина выводил из себя.
— У него есть имя — Кадди Макинтайр, — напомнила она. — Сколько у меня времени до вашего отъезда?"
"— Вы не едете, — подошёл к ней Мартин, забирая из её рук перчатки.
— Я не могу позволить вам в очередной раз наделать глупостей.
Её сердце ухнуло в пятки. В горле пересохло. Глядя на его руки, сжимающие перчатки, глухо спросила:
— Что вы задумали?
— Пообещайте мне, что останетесь здесь до 27 января.
Ольга отрицательно закачала головой:
— Мне необходимо вернуться в Лондон.
Он тяжело вздохнул и вручил ей перчатки:
— Вы не оставили мне выбора. Не взыщите.
Она не успела ни возразить, ни что-либо предпринять. Мужчина быстрым шагом вышел за дверь.
Послышался звук проворачиваемого в замке ключа.
Соляным столпом женщина застыла у кровати, глядя на лайковые перчатки в руке.
Не было ни мыслей, ни желания двигаться…
Знала, что ломиться в дверь, кричать, унижаться не станет. Да и бесполезно. Граф своих решений не меняет.
Села на кровать, ссутулилась. Подтянула ридикюль. Теребила его плетёные ручки.
Допрыгалась! — ругала себя, глотая едкие слёзы. Глупая! Сидеть бы тихо, молча вынашивать свои планы, а не мчаться напролом, как гружёная углём вагонетка.
Когда бы пришло время — достала бы козыри из рукава. А то и про угрозы Уайта выложила, и с Шэйлой вопрос не решила, и о встрече с Кадди помянула, на которую вовсе не собиралась идти. И наговорила всякого…
Мысли метались как угорелые. Мартин уедет, а она… будет сидеть в деревенской глуши. До Лондона двенадцать миль. Сбежать из-под замка она сумеет, а вот пешком в город идти нельзя. Летом она бы рискнула, а зимой быстро темнеет.
