Алмазная императрица

 – В смысле, хотя бы ее часть.

Именно это и портило всю атмосферу встречи. Витая и Верана я тоже была рада видеть, но те, кто к нам уже не присоединится, будто висели призраками тут же и поглядывали на нас с осуждением за попытку поднять себе настроение.

Но мы изо всех сил пытались. Кеймары даже принесли с собой бутылку знакомого вина, чтобы и вкусом добавить ассоциаций. А мы с Элвином играли – не хватало только камина по одну сторону, чтобы совсем забыться.

– Милорд, разве вы не собирались меня избегать? – я все же осмелилась на вопрос.

– А разве я вообще делаю хоть что-то из того, чего хочу? Я пытаюсь, княжна. Только боги видят, как я пытаюсь. Давай просто не будем об этом говорить. Хотя нет, еще один вопрос напоследок. Скажи хотя бы, что Хинанда погибла не от твоей руки.

– Нет. Клянусь богиней, это была петля демона, как показало расследование и как я многократно говорила прежде.

– Вроде бы в этом не врешь, но все-таки что-то скрываешь… Зачем ты сейчас пошла кавалерией? О черт, ты двинула кавалерию, чтобы отвлечь мое внимание от атаки на императрицу.

Мы все еще не играли на равных, но обыгрывать меня ему было отнюдь не так просто, как раньше. Элвин успел выстроить защиту и победу мне не уступил. Но, когда он протянул к фигурке руку, край белоснежной рубашки высунулся из-под сюртука, и я заметила на нем пятно. Едва не вскрикнула, но выбросила ладонь вперед и схватила его за рукав.

Он поморщился, убрал руку под стол.

– Надо было переодеться, но я побоялся упустить такой хороший момент, когда вы смеялись – я уже забыл, как ты смеешься, княжна. Разве твой нюх не подсказывает, что это?

– Подсказывает, – я еще сильнее снизила тон. – Пахнет кровью! Вы ранены? Вам больно?

Элвин неожиданно легко рассмеялся, запрокинув голову, но потом ответил весело:

– С тех пор, как я встретил тебя, я узнал много новых определений боли, княжна.

Он не хотел отвечать, но ведь и я не хотела отступать. На своем ходе вскинула ладонь, показывая, что жду реакции совсем не на игровой доске. И Элвин, поразмыслив, выдал с большими паузами, как если бы после каждого слова давал себе возможность передумать, но все же продолжал:

– Слуги́. Который вчера подал тебе яд.

Я вытаращила на него глаза.