Ладно, только между нами, – сказал штабс-капитан, резко понижая голос почти до шёпота. – Старик уже приказал провести предварительные анализы. Твои рентгеновские снимки были отправлены в нашу больницу, еще когда ты в отключке был. Он с операцией тянул только потому, что хотел проверить, как твоя регенерация на коже отразится. Но после сегодняшнего, думаю, решит помочь тебе в этом деле.
– Не станет он торопиться. Мы же с ним говорили об этом, – так же тихо ответил Пашка. – Обещал, что казна оплатит операцию, если его головастики вакцину нужную придумают.
А если нет, то и операции не будет.
– Не грузись, братишка. Открою тебе ещё один маленький секрет. Он так говорил, потому что не особо в твою амнезию верил. Но после всех тестов, что наши головастики с тобой провели, пришлось поверить. Так что не парься. Я ему сам всё доложу. Думаю, после этого доклада вопрос будет решён положительно.
– Ты так в него веришь? – удивлённо спросил Пашка.
– Я с ним уже десять лет. Сразу после ранения. Наши чинуши меня списать хотели.
А куда мне идти? Что я умею, кроме как воевать да убивать? Когда услышал, что списывают, как взбесился. Меня одного четверо угомонить не могли. А старик, когда услышал, что боевого офицера собираются судить только за то, что он десятку штатских козлов ряхи начистил, не отдал. Просто приехал в трибунал и своей властью всё прекратил, а меня в свою личную команду забрал. С тех пор и охраняю. И скажу тебе честно, братишка, лично меня старик ещё ни разу не подводил.
Если что нужно, всегда помогал.
– И то слава богу, – вздохнул Пашка. – Только вот какой ему прок мне помогать? Ну тебе, понятно, ты у него в команде. А я?
– Есть у него на тебя планы. Какие, не скажу. Не знаю. Знаю только, что планы есть. Главное, чтобы к тебе память вернулась. Это для него почему-то очень важно. Ты не торопись. Просто живи. Думаю, придёт время, оно само вспомнится.
– Погоди, если старик ушёл, то почему ты тут со мной сидишь? – неожиданно врубился Пашка.
– Не ушёл, – усмехнулся в ответ Юра.
– Он там, в администрации порядок наводит. Местную шушеру гоняет. А я в охранном центре был, когда ты тут буянить начал. Ну, ребят прихватил и сюда. Так что не напрягайся. Если я старику понадоблюсь, меня ребята по рации вызовут.
– Обязательно вызовут, – раздался голос старика. Бодро простучала трость, и в номер вошёл сам Художник. – Ну-ка объясни мне, тёзка, с чего это ты опять вздумал мебель крушить?
– Извините, дядя Паша.
