Руки Габриель ласкали его, не останавливаясь ни на секунду, будто она хотела запомнить каждую пору, каждую мышцу, каждое сухожилие под его кожей. Наконец, когда Кэм отказался покрыть жену всем весом своего тела, ему пришлось силой сдерживать ее, показывая, что есть более легкий способ получить то, чего они хотели. Он научил ее, как можно соединить тела и в то же время защитить их будущего ребенка.
Когда Кэм насытился удовольствием и удовлетворил страсть, ему захотелось поговорить.
Габриель сделала вид, что изнемогает от усталости.
– Просто обними меня, – прошептала она. – Просто обними меня так, словно никогда не отпустишь.
– Я никогда тебя не отпущу, – пылко сказал Кэм, и, словно чтобы доказать эти слова, крепко сжал Габриель в объятиях.
Следующее утро было ясным и солнечным. Габриель позавтракала одна у себя в спальне. Кэм тепло, но беспечно попрощался с ней, перед тем как уйти из дому по какому-то непонятному делу. В десять часов герцогиня послала за экипажем. Ее светлость приказала кучеру ехать в большой магазин на Бонд-стрит, который она уже посещала пару раз.
Чтобы соблюсти приличия, Габриель взяла с собой молодую служанку.
Позднее главный администратор магазина скажет Кэму, что ее светлость была в обычном настроении. Он не заметил ничего странного, когда она прибыла. Более того, казалось, что герцогиня несказанно обрадовалась, обнаружив эль[73] золотого атласа, который, как она думала, прекрасно подойдет к недавно приобретенному ею вееру.
Как раз в этот момент она лицом к лицу столкнулась со знакомой леди.
Они дружески беседовали несколько минут, после чего ее светлость попросила у одного из продавцов лист бумаги и карандаш. Ей быстро нашли и то, и другое, и ее светлость наскоро набросала несколько слов. Сложив лист бумаги, она вручила его подруге. Неизвестная леди покинула магазин. Вскоре после этого ее светлость решила послать свою молодую служанку в экипаже домой, чтобы та привезла упомянутый веер, – герцогиня хотела сравнить его с атласной тканью.
Едва служанка успела уйти по поручению госпожи, как ее светлость вспомнила, что у нее какое-то срочное дело, которым немедленно нужно заняться.
Напрасно протестовал администратор, говоря, что ее светлости следует подождать возвращения кучера. Его не послушали. Ее светлость вышла из магазина и сразу села в ожидавшую ее карету.
– Вы уверены, что ее светлость ожидала карета? – спросил Кэм, силясь сохранять самообладание.
– Абсолютно уверен, милорд, – ответил администратор.
