Амалия. Книги 1-5

Здесь росли экзотические цветы самых невероятных расцветок, а воздух был тяжел, насыщенный теплом и влагой.

Прикусив губу, Амалия решительно зашагала вперед. Возле большого дерева с розовыми цветами ей послышался шорох, и она замерла на месте, в любое мгновение готовая броситься прочь, если дело обернется совсем уж скверно.

– Послушайте, – выпалила она, – я все знаю о вас! Слышите? Все, что вы так хотели скрыть!

– В самом деле? – спросил спокойный голос у нее за спиной. – Так я и думал.

Оторопев от изумления, Амалия медленно повернулась.

Амалия была не права. Саша Зимородков в Москве отнюдь не забыл о ней. Совсем наоборот, он ни на минуту не переставал думать о ее деле, что и высказал со всей откровенностью в разговоре с могущественным князем К.

Князь К. жил попеременно то в Москве, то в Санкт-Петербурге. Злые языки поговаривали, что у него в каждом из этих городов было по семье, но, скорее всего, это лишь обычные досужие сплетни. Со своей женой князь К. разошелся (но не развелся) много лет тому назад, и с тех пор оба супруга вели независимый друг от друга образ жизни.

Детей – по крайней мере, законных – у князя не было, но те же злые языки утверждали, что прижитых на стороне набралось бы трое-четверо, не меньше. Князь К. не занимал никаких ответственных постов, но зато все, кто такие посты занимал, очень дорожили его дружбой. Он был близок к императору, но не злоупотреблял этой близостью; имел влияние на цесаревича, однако пользовался им весьма умеренно. Особый интерес князя К. вызывали внутренние дела. Тайная полиция имела в его лице самого заметного покровителя, но и обычной полиции он уделял ничуть не меньше внимания. Дело, которое совместными усилиями раскрыли судебные следователи фон Борн и Зимородков, его заинтересовало, и он вызвал обоих к себе. После краткой беседы с ними князь К. вынес решение перевести фон Борна из тверской глуши в столицу, а Сашу Зимородкова оставить пока в Москве и приглядеть за ним: очень уж интересным показался князю этот молодой человек, который днем ловил мелких воришек, а по вечерам штудировал газетные сообщения об убийствах и пытался в них разобраться. Относительно фон Борна никаких трудностей не возникло, а когда речь зашла о Саше, полицейский начальник заметил:

– Но он же незаконнорожденный и к тому же, гм, сын священника… Стоит ли поощрять подобных людей?

Князь К. был аристократом до кончиков ногтей, что не помешало ему быть вдобавок и умным человеком.