Амалия. Книги 1-5

– Я ничего не понимаю, – проговорил германский агент в крайней растерянности. – Вы… я…

– Только не стройте из себя оскорбленную невинность, – проворковала Амалия. – Думаю, что вы вообще обязаны на мне жениться после того, как ославили меня на весь свет.

– Я ее ославил! – вскипел агент. – А что мне было делать? Вы лежите в обмороке, в вашей сумочке улика, которая запросто может привести вас на гильотину, а этот чертов Деламар…

– Полно вам, кузен, – мягко сказала Амалия.

 – Конечно, я благодарна вам за то, что вы помогли мне выпутаться. И, разумеется, вы совершенно правы. Если бы Деламар или Марешаль обнаружили у меня в сумочке ожерелье, мне бы пришлось весьма несладко. Но единственное, чего я не могу понять, – зачем понадобилось подбрасывать мне вещь, которая стоит целое состояние. Вполне хватило бы и самого дешевого кольца из принадлежавших мадам Эрмелин… Нет, тут что-то не так.

– Знаете, кузина, – начал он, – если ожерелье вам действительно подбросили, я бы рекомендовал вам как можно быстрее найти того, кто это сделал.

Потому что неизвестно, что он может выкинуть в следующий момент.

– По правде говоря, именно над этим я и ломаю сейчас голову… Вы все время сидели слева от меня, а сумочка лежала справа. Кто же сидел справа от меня на диване? Так, так… Сначала Надин Коломбье, а затем…

– Затем рядом с вами уселась донья Эстебания, а позже на ее месте устроилась миссис Рейнольдс, – раздраженно напомнил Рудольф.

– А еще к Надин подошла Эжени Армантель и некоторое время стояла возле дивана, бросая на вас нежные взгляды, – добавила Амалия.

– Она стояла не возле дивана, а за диваном, – возразил Рудольф. – На него она не садилась. Конечно, чисто теоретически она находилась достаточно близко, чтобы подбросить вам ожерелье, но…

– О, я так и знала, что вы будете ее защищать, – ехидно заметила Амалия. – Успокойтесь, кузен.

Кажется, я знаю, кто мог подложить мне ожерелье и почему. Проблема в том, что этот человек никак не может быть ни Белоручкой, ни Леонаром Терноном, а в таком случае все запутывается еще больше.

– А вам обязательно надо все распутать до конца? – вскинулся Рудольф. – Не понимаю я вас, кузина. Какое вам дело до визгливой старухи мадам Эрмелин и крючкотвора Боваллона? Из-за них вы оказались в нешуточной опасности.