Амалия. Книги 1-5

 – Черт возьми, да я ни за что в жизни не поверю, будто Тернон мстит вам за то, что из-за вас ему пришлось прокатиться в Африку! Даже если он попал там в плен или заболел лихорадкой, все равно этого мало, чтобы вот так хладнокровно убивать людей! Должна быть и другая причина! Что, месье? – с вызовом обратился он к Кристиану, который отвел глаза. – Может быть, вы объясните наконец, для чего Тернону понадобилось убивать сестру управляющего? В конце концов, она же не была его невестой! А вы, мадемуазель? – Теперь он обращался к Луизе Сампьер.

 – Вы живете в этой семье, вы должны знать все об их делах! Может быть, хватит ссылаться на детский возраст? Почему Тернон так ненавидел Боваллона и Коломбье?

– Я не знаю, месье, – растерянно пробормотала Луиза. – Честное слово!

– Да что вы цепляетесь к ней! – крикнул Гюстав. – Вы, жалкий сыщик, который на корабле, окруженном водой, не может отыскать пропавшие драгоценности… который ничего сделать не в состоянии, кроме как собирать записки с номерами убитых!

– Молчать! – рявкнул Деламар.

Он угрожающе наставил указательный палец на семейство Эрмелин. – Вы все мне лжете! Даже когда вы говорите правду, вы что-то недоговариваете! Все вы глухие и слепые, и когда у вас под боком убивают человека, вы ничего не замечаете! И вы хотите, чтобы я поверил вам? – Он подался вперед. – А может быть, вы просто боитесь, что я поймаю Леонара, и тогда он заговорит? А? А?

– Неслыханно… – пробормотал Кристиан. – Просто неслыханно!

Однако в его тоне не чувствовалось и тени убежденности.

Деламар повернулся к Амалии и развел руками.

– Не понимаю я этих людей, – с отчаянием проговорил он. – Не понимаю. – Он рухнул на диван. – Ваша горничная пришла, мадам Дюпон.

И в самом деле в комнате появилась Марианна, которая прислуживала Амалии на «Мечте».

– Мадам, – доложила она, – отец Рене просит позволения поговорить с вами.

– Хорошо. – Амалия поднялась с места. – Проводи его в каюту, я сейчас приду.

– Собираетесь исповедоваться? – насмешливо осведомился Феликс Армантель.

– Еще одно слово, – угрожающе вмешался Рудольф, – и исповедь понадобится вам!

– Ой, вы меня пугаете… – картинно взволновался Феликс и, отвернувшись, пригладил усы.

– Мне проводить вас, кузина? – спросил Рудольф.

– Да, пожалуй, – согласилась Амалия, которой вовсе не хотелось, чтобы ее кузен выбросил развязного хищника за борт.

Отец Рене уже ждал их. Под глазами у священника лежали темные круги, лицо осунулось. Сейчас ему можно было дать лет сорок пять, не меньше.