Американец

 — Надо повышать политическую подготовку, а то только боевую до посинения повышаю… Вот и пропустил целый приказ. Можно пожалеть об отсутствии ротного замполита, насильственно вбивающего в голову важную информацию…

— Да его опубликовали всего три дня назад, немудрено его пропустить… — Кип пожал плечами. — Знаете, сэр, давайте лучше зайдем в местный банк. Здесь обязательно должен быть пункт обмена валюты. Все же лучше иметь в кармане и немного рублей. — Я вздрогнул. Кошмар! Обменные пункты прокрались в этот мир!.

. Рано паникуешь, товарищ первый лейтенант, надо сначала разведать, что это за зверь такой — советский пункт обмена валюты.

На площади перед станцией я впал в ступор. И все потому, что местный филиал Госбанка СССР был закрыт, но прямо пред ним стоял ЗиС-15 с большой белой надписью на борту кунга: «Полевая касса Госбанка СССР».

О ЗиС-15 стоит сказать отдельной строкой. Эту машину с грузоподъемностью в четыре тонны, деревометаллической отапливаемой кабиной, полным приводом и мощным 95-сильным движком выпустили на замену ЗиС-5 не в 1947 году, как случилось в нашем мире, а в 1939-м, да еще и сделали лучше, чем было.

Сейчас эта машина, заткнув за пояс «студебеккер», завоевывает умы американских военных, а в будущем и обычных американских рабочих и фермеров покорит, тут я не сомневаюсь.

Майор-финансист, когда я поднялся в кунг, поприветствовал на хорошем английском и поинтересовался, чем он может помочь. Тридцать баксов я поменял на рубли. Курс был хороший — 1 доллар равен 2 рублям и 50 копейкам.

Однако это красноречиво говорит о силе и стойкости советской экономики. Цены в сравнении с довоенными, если верить рассказам Карпова, возросли, но все равно буханка черного хлеба стоит 45 копеек, кило картошки 50 копеек, колбаса копченая — 10 рублей 20 копеек! Я помню, в моем времени набрел на один сайт в Интернете, где списком висели цены на продукты питания конца тридцатых — начала сороковых годов. Точных цифр сейчас не припомню, но они однозначно были даже выше, чем сейчас, здесь, в военное время!. .

Перед уходом из «банка» майор поинтересовался, не нужен ли мне англо-русский разговорник, на что получил ответ по-русски: «А на кой ляд он мне сдался, товарищ майор?» Финансист так и остался сидеть с выпученными глазами и отпавшей челюстью…

Уже в поезде я с довольной улыбкой уплетал теплые пирожки и запивал их прохладным квасом. Остальные рейнджеры закупились в полевом военторге «колой» и саморазогревающимися консервами.