Американец

Это тоже интересная деталь — в советском военторге продавали «кока-колу», жевательную резинку «Джуйси Фрут», ветчину со специями «Спам», безопасные бритвы «Жиллетт» и еще много всякой продукции американского производства.

Кип с непониманием смотрел на мою довольную физиономию. Ему невдомек, что купленные на улице пирожки и темный напиток могут быть вкусными. На базе нам частенько повара готовили русские блюда — щи-борщи, каши, окрошка была, голубцы и прочее. Рейнджеры сначала не понимали, что это, а потом, распробовав как следует, все утверждали, что еда очень вкусная.

Но не все удалось им попробовать и оценить на службе. Ничего, сейчас я вас жизни научу.

— Берите, пробуйте, — подвигаю на центр столика завернутые в тряпицу пирожки. — И не вздумайте воротить носы, пока не попробуете.

Солдаты посмотрели на меня, потом на печиво, потом опять на меня и решили не испытывать судьбу — взяли по пирожку. Целую минуту все мои соседи по купе вдумчиво жевали. Потом медленно поднялась буря — рейнджеры оценили масштаб своего промаха с покупкой еды в военторге.

Три десятка пирожков сдуло за пару минут.

— Моя мама готовит большие пироги с овощами, похожие по вкусу на эти булочки. — Кип, облизав пальцы, довольно улыбнулся и скосил взгляд на двухлитровую бутыль кваса.

— Доставай кружку, попробуешь, что такое русский квас. Продукт не для слабых людей.

Последняя фраза прямо возмутила Кипа и остальных соседей.

— Наливайте, сэр. — Решительности ему не занимать. Наливаю ему полкружки, парень сначала принюхивается, потом делает несколько нерешительных глотков.

— О-хо-хо! Вот это да… Это!.. Сильно, черт побери! — Из рук ошарашенного напитком Кипа вырывают кружку и протягивают мне за новой порцией. — Похоже на рут бир, только… вкуснее и… и…

— Ядреней. — Кажется, я понял, что за невиданная эмоция посетила первопроходца.

— Йадронэй? Я не понимаю, что это за слово, но мне кажется, оно точно выражает то, что я ощутил…

До позднего вечера рейнджеры с воодушевлением обсуждали и оценивали в меру своих познаний русскую кухню.

Я же, как эксперт, выступал в роли высшей инстанции, эталонного источника достоверной информации, и если бойцы не приходили к единому мнению о том или ином блюде или напитке, меня просили разрешить спор, сказав свое веское слово. Но в конце концов, с моим минимальным вмешательством, рейнджеры пришли к выводу, что русская кухня — замечательная и богатая, достойна очень серьезного внимания американского человека, ибо есть чему учиться.