Американец

Браун пока у нас балласт и не скоро сможет принять бразды правления, поэтому я единственный офицер, способный командовать отрядом инструкторов. Дела… Хм, ну раз единственный ваш командир, тогда я вам прикажу!

— Слушайте приказ! Сержант Брок, вам как медику приказываю следить за состоянием раненых советских пограничников и за вашим непосредственным командиром капитаном Брауном. — Проникнувшись серьезностью момента, сержант не посмел пререкаться и принял мой приказ. — Первый сержант Кинг, приказываю вам вернуться в расположение погранотряда с группой эвакуируемых раненых.

Там на месте принять на себя командование группой наших инструкторов и до моего прибытия поступить в распоряжение старшего советского офицера, командующего пограничным отрядом. Раздайте всем инструкторам оружие и боеприпасы из привезенных запасов. Переводчик лейтенант Добров вам поможет организовать контакт с командованием пограничного отряда. Приказ ясен, сержанты? — В последнюю фразу добавляю больше строгости, а сам подсознательно вновь удивляюсь своим новым языковым возможностям — некоторых из тех английских слов, что я применял сейчас, я никогда не знал, а тут нате. И построение фраз, похоже, правильное. Дела-а-а…

— Да, сэр! Приказ ясен, сэр! Выполнять, сэр? — дружно загалдели американцы. Хотя, наверное, зря я с приказных тонов начал: первый сержант — это вроде старшины в нашей армии, то есть лицо серьезное и достаточно важное. С ним так не стоит себя вести… Ох, с этим потом разберемся…

— Выполняйте.

И удачи.

В это время погрузка раненых уже закончилась, и машины, стоявшие скрытыми в лесу, ждали лишь последней отмашки. Я посмотрел на Аверьянова и дал знак, что все готово. Сержанты запрыгнули в машины, и небольшая колонна быстро двинулась в глубь территории Белоруссии. Может, кто свыше нам помог, может, нам просто повезло, обстоятельства так сложились, но после контратаки сил заставы и подкрепления ляхи вообще ничего не предпринимали до момента, как из нашего вида не пропали машины с ранеными.

Только транспорт ушел, как их тут же прорвало! Мины посыпались с неба как град, они ложились очень часто и плотно. Первый же разрыв заставил меня вжаться в землю и истово молиться. По спине стучали комья земли и обломанные ветви деревьев. Страшный свист оканчивался взрывом и порцией страха, криком души, мольбой о спасении! Не дай бог зацепит! Не дай бог зацепит!

ГОСПОДИ! Совсем рядом рвануло!

Секундная боль в голове и последняя мысль.