Американец

Кто-то задал логичный вопрос:

— Нас будут учить управлять самолетами?

Полковник спокойно ответил:

— Из батальона уже выбрали десять солдат и офицеров, имеющих техническое образование и опыт обращения со сложной техникой, их с первого дня будут обучать премудростям пилотирования самолетов. Остальные рейнджеры пройдут общий курс ознакомления с авиацией, а лучшие ученики даже примут участие в боевых вылетах на самолетах фронтовой авиации в качестве стрелков-радистов.

Медленно градус обалдевания в кругу совещающихся возрастал.

Я лишь ухмылялся таким крутым загибам в плане дрессуры будущих элитных бойцов специального назначения — для меня, человека, развращенного телевидением и Интернетом, все это не казалось странным и сверхъестественным. Серьезная, тяжелая и глубокая подготовка. Откуда только столько правильных идей? Можно лишь удивляться… Хотя не забываем, что офицерскую подготовку в серьезный список не внесли…

— Интересная идея, лейтенант. Такой взвод будет достаточно маневренным и универсальным для выполнения широкого спектра задач.

Сбалансированность сил в каждом отделении позволяет использовать их для выполнения самостоятельных задач. — Полковник перевел взгляд на командира третьей роты, тот слегка качнул головой и прикрыл глаза, словно с чем-то соглашаясь. — Мы рассмотрим твое предложение в самые кратчайшие сроки, но даже без этого я уже сейчас могу тебе сказать: идея имеет все шансы стать основополагающей для структуризации неспециализированных взводов рейнджеров. Есть еще предложения или вопросы, сынок?

— Да, сэр, я хотел выяснить некоторые вопросы по физической подготовке офицеров, по вооружению, доступному рейнджерам, и по рукопашной подготовке…

Мои вопросы оказались актуальными — физическое состояние многих офицеров оставляло желать лучшего.

На вопрос: «А почему же слабых офицеров взяли в такое серьезное подразделение?» — последовал ответ, что все офицеры батальона отличные тактики, внимательные командиры и просто настоящие лидеры. И именно эти критерии были основными при отборе. О физическом состоянии думали, но в последнюю очередь. Солдат обязательно брали сильных, выносливых, предпочтение отдавалось спортсменам, а с комсоставом это не прокатило. Нет, хлюпиков как таковых вообще нет, но разница между физической подготовкой солдата и офицера очень серьезна, почти критична.

Если поразмыслить, то выходит, что все это верно… Система отбора в «элиту», без кавычек ее пока называть таковой сложно, еще не отточена, да ее просто и не существует.