Анатомия одной семьи

Но ты очень злая. И ты очень изменилась. И я считаю, что ты сама ничего особенного в жизни не сделала.

— Я? — Инна даже потеряла дар речи. — Я полностью изменила свою жизнь. Из дуры, которая потакала Анечке Кулько и которая нянчилась с вечно хныкающим и пьющим поэтом, я превратилась в деловую и энергичную тетку. Понимаешь, у меня никогда не было выбора — я выживала в предлагаемых условиях. Будь то работа или отношения. Теперь я сама для себя создаю эти условия. И хочу, чтобы Олег научился тому же!

Варя посмотрела на Инну с сожалением.

— Знаешь, ты не понимаешь, что этот человек бросил все ради тебя. Вот только ради тебя. Ему эта Москва не нужна. Он в Озерске отлично жил, и это был его мир. Там он создал подходящие для себя условия. Но ради тебя, ради того, чтобы быть с тобой, он приехал сюда. И пусть он сам решает, как здесь жить. Дай, пожалуйста, ему эту возможность.

Варя замолчала. Видно было, что она сердита. Соломатина уже знала за подругой это свойство — искренне сердиться на собеседника. «Ты все принимаешь близко к сердцу, это всего лишь разговор!» — всегда пеняла ей Инна.

Но сейчас тема была болезненной. К страхам, что у них с Олегом ничего не получится, что они утратили силу чувств, прибавлялось желание командовать, управлять всем, в том числе и чужими обстоятельствами и желаниями.

— Слушай, между вами, кроме разговоров о работе, что-то еще происходит? — Варя хитро прищурилась. И как бы Соломатина не злилась на младшую подругу, она не могла не рассмеяться.

— А вы чего-то ждете? Заявления о приеме на работу, первой зарплаты? Еще чего? — Варя смотрела на Соломатину.

 — Слушай, а правда, вы чего ждете? Или вам это не нужно? Вы просто проект по выживанию двух особей в благоприятных столичных условиях?

— Да нет, ты мне скажи? Он что, тебе неприятен? Он тебе физически противен? Вы целовались с ним?

— Нет, ты ответь, что за отношения такие странные? Почти деловые. Понимаю, вы — партнеры.

— Варя, это же наши дела…

— Инна, это странности, а не дела. И уж точно это не чувства.

Варя встала, налила им еще чаю. В квартире Соломатиной она чувствовала себя уверенно, по-хозяйски.

— Инна, ты его любишь? — спросила она. — Может, пока не поздно, прекратить все это?

— Я люблю его. Только…

— Никаких только нет. Ты любишь его. И ты любила его. И он тебя любит. Очень любит. Раз он рядом с тобой сейчас. Это самое главное.

Варя уехала скорее рано, чем поздно. Соломатина опять смотрела в окно и наблюдала, как подруга аккуратно лавирует между машин.