В комнату заходит Зарина, женщина с кухни, оставляет набор одежды и уносит поднос.
Я бы сама могла это сделать, не немощная же. Но видимо Руслан живёт именно так. А мне как-то не по себе от такого внимания.
Я втягиваю запах новой ткани, и губы растягиваются в улыбку.
Рассматриваю ткань. Точно мой размер.
Руслан искал меня и даже приготовил мне одежду.
Пальцами разглаживаю синий хлопок и утыкаюсь в него носом.
Он был так груб, но в то же время я не ощущаю себя изнасилованной или использованной.
Скорее мне радостно, что после того, как он все узнал, он не брезгует мной, а жаждет и дальше пользоваться моим телом.
Я не против. Если хочет, пусть берет, для него мне не жалко, а я и потерпеть могу, возможно, даже привыкнуть.
Ничем другим я не могу отплатить ему за очередное спасение.
Кто знает, чем могли обернуться долги брата или приезд лысого мужчины в госпиталь...
Нельзя так говорить, но лучше пусть будет грубым Руслан, окружая меня коконом защиты. Чем любой другой человек.
С чем это связано, я даже думать не хочу.
Он стал для меня особенным, родным.
Я надеваю купленные для меня вещи, кручусь у зеркала и, поправив рукава, тихонько выглядываю за дверь.
Не хочу столкнуться с Дамирой или Татией.
Темно хоть глаз коли, но я все равно выхожу и пытаюсь прислушаться к звукам.
Запахам...
А среди всех незнакомых улавливаю Руслана по тому гелю для душа, которым мы мылись."
"Того геля, который помог огромной мужской плоти не разорвать меня.
Надеюсь, он не ушёл из дома неизвестно куда.
Приходится спуститься на первый этаж, а после ещё ниже. Там внизу мне слышаться удары. Словно кто-то рубит топором мясо.
Я сглатываю от страха и заглядываю в подвал, вздыхаю с облегчением, когда вижу большой силуэт.
Там Руслан в одних шортах молотит грушу голыми руками, которые уже сбиты в кровь.
Смотрю на то, как перекатываются крепкие мышцы рук, и меня захватывает данная картина.
Дыхание учащается, а сердце отстукивает быстрый ритм. Мне кажется, дьявол не мог бы выглядеть порочнее.
— Иди спать, Кристина, — вздрагиваю от голоса и, несмотря на приказ, смело вхожу. Немного смущаясь, что меня застукали за подглядыванием. — Скажешь, что мне вредно.
— Нет, — подхожу ближе и вижу, что он стискивает челюсть, смотря на мое тело. — Главное, чтобы бил ты, а не тебя.
— Не подходи, — прикрикивает он, но после немного сбавляет тон. — Я, похоже, контролирую себя плохо.
— Ты был уставший, на нервах. Теперь ты снял напряжение, — предполагаю я.
