Ангел тьмы

Неужели я пропущу свою первую трапезу в собственной гостиной? Наверняка кто-то из слуг разожжет камин, где уже лежат сухие поленья, и в комнате станет тепло и уютно. Как чудесно усесться перед огнем, свернувшись калачиком в большом кресле, и не спеша вкушать деликатесы, доселе мне неведомые. Сделав еще один поворот, я очутилась в тупике, вернувшись, повернула направо и вышла на уже знакомую мне дорожку: значит, я ходила по кругу и, похоже, заблудилась. Тогда я вытянула длинную нитку из подкладки пальто и привязала ее к ветке куста — теперь-то уж я быстро выберусь отсюда!

Закатное солнце окрасило небо в расплывчатые тона, предупреждая меня о скором наступлении ночи и промозглого холода.

Но, закаленная суровым климатом диких гор Уиллиса, я не страшилась капризов погоды в предместье цивилизованного Бостона. К сожалению, вскоре мне пришлось убедиться, что пальто, купленное в Атланте, не предназначено для этого района с его северными ветрами.

Я попыталась успокоиться и взять себя в руки: в конце концов, это пальто — подарок Кэла Деннисона — было лучшим из всех, которые я когда-либо носила.

Еще месяц назад его голубой бархатный воротничок казался мне верхом элегантности.

Да что мне этот глупый лабиринт, устроенный ради забавы, когда я с трех лет привыкла одна бродить по холмам и ни разу не потерялась! Не надо впадать в панику, просто я допустила где-то просчет. В третий раз оказавшись возле нитки, привязанной к ветке для ориентировки, я постаралась собраться с мыслями, представив себе весь лабиринт и то место, где я в него вошла.

Но все проходы между рядами высокого кустарника казались похожими один на другой, и я боялась тронуться с места, на котором побывала уже трижды, и поэтому чувствовала себя относительно уверенно. Я замерла, прислушиваясь: сквозь шум прибоя доносилось равномерное постукивание. Кто-то работал поблизости молоточком. Рядом была живая душа! Я напрягла слух и пошла на этот звук.

Ночь наступила внезапно, окутав теплую землю клубами тумана, — он стелился по проходам, откуда ветер не мог его вымести. Звук кузнечного молоточка становился все громче и явственней, как вдруг с шумом захлопнулось окно. Стук оборвался, и я окунулась в пугающую тишину. Теперь можно бродить в лабиринте хоть всю ночь, и никто не узнает об этом. Все мои навыки, обретенные в горах, показались мне сейчас глупыми и бесполезными.